Книга Ходила младёшенька по борочку, страница 89 – Вера Мосова

— У тебя надо было разрешения спросить? – разозлилась Любаша.

— Надо было спросить! – так же строго сказал Василий.

Люба удивилась. Что это с ним?

— Васенька, ты чего? – обратилась к нему Лизавета. – Порадуйся за друга! И за Любашу тоже! Чай, не в чужие руки её отдают!

— Ладно, друг, смотри у меня! Береги её! – примирительно сказал Василко. – Когда свадьба-то?

— Через год, – отвечал Николай.

— Ууу, как долго! Много воды утечёт за это время. Ещё передумаете.

— Ни за что! – твёрдо ответил жених и поглядел на невесту.

Странное у неё было лицо в тот миг. Задумчивое какое-то.

Осенний вечер чёрен и тих. Любаша с Николаем засиделись в гостях, вот и возвращаются в кромешной тьме. Лишь слабое мерцание лучин в окнах некоторых изб указывает им путь. Редкие прохожие замирают, услыхав чужие шаги или голоса. Николка держит невесту за руку, чтобы та не оступилась. Они тихо бредут и беседуют о том, что жизнь их друга вроде налаживается, что Лизавета стала выглядеть гораздо лучше, она в этот раз не сидела, уставившись в одну точку, а замечательно беседовала с гостями. Люба рассказала, какой она была при последней их встрече, и Николай посочувствовал другу. Потом они посмеялись над тем, как Василко разговаривал с племянницей, узнав, что она замуж собралась, совсем как строгий папаша. И Любушке тут подумалось, что она правильно делает, выходя за Николая. Ведь друзья всегда будут общаться, ходить друг к другу в гости, а значит, и её дружба с Василием никогда не закончится. Но поведение Василки несколько озадачило. Любочка задумалась. Ему не нравится, что она выходит замуж? А почему? Или он не хочет, чтоб она шла именно за Николая? Это что-то новое и не поддающееся объяснению. А Николай вспоминал, как, сидя в гостях, невольно сравнивал Лизавету и Любашу и чётко осознавал, что к Лизавете он уже ничего не чувствует, а вот Любаша будоражит ему кровь. Есть в этой девице какая-то неведомая сила, которая притягивает его, как магнит. И то, что она сегодня стала его невестой, делало Николку безмерно счастливым.

Они уже подходили к дому, кода из темноты вынырнул человек. Любаша вздрогнула, а Николай шагнул вперёд, заслонив собой девицу.

— Не бойся, Люба, я тебя не обижу, – сказал человек, и Любушка узнала его.

— Чего тебе нужно, Цыно? – спросила она, слегка отстранив своего жениха, и давая понять, что всё в порядке.

— Где Чаргэн? – прозвучал другой голос, и из темноты вышел ещё один цыган.

— Это Лачо, её жених, – пояснил Цыно.

Любушка посмотрела на парня. Лицо его трудно было разглядеть в такой темноте, лишь глаза сверкали недобрым блеском. И правильно сделала сестрица, что сбежала от него, от такого ничего хорошего не жди.

— Откуда мне знать? – дерзко ответила она.

— Правду говорят, что вы похожи! И не только лицом. Обе строптивые, – зло сказал Лачо.

— Я говорила тебе, Цыно, что большие проблемы у тебя будут, если ты меня в покое не оставишь?! Запомни! За меня есть кому постоять!

— Меня поймали, но отпустили, потому что я увёз тебя по ошибке!

— Тебя отпустили, потому что я так пожелала! Потому что тётушка Чаргэн меня об этом просила! Но я могу и передумать!

— Слушай, позови Чаргэн, и мы уедем отсюда, – снова вступил в разговор Лачо.

— Где я возьму тебе её? Она никогда тут не бывала! У Чаргэн ведь тётушка есть, вот у неё и спрашивайте, она лучше знает, – Любаша уже начала терять терпение.