Книга Путь служанки, страница 138 – Чжоу Мо

— Вэй Инло, у тебя хватает наглости называть эту мазню каллиграфией? И бесстыдно заявлять, что она с каждым днем все лучше? Бедная императрица! Ступай обратно и перепиши сотню листов! И никакого отдыха, пока не закончишь!

Инло склонила голову, процедив сквозь зубы:

— Слушаюсь.

Ночное происшествие в саду имело огромные последствия. Дворец Чанчунь не оставил без внимания попытку дворца Чусю оклеветать Вэй Инло, ведь именно старшая наложница Цзя вступила в сговор с великим князем И, намереваясь подставить служанку. Госпожу сочли недостойной матерью и передали ее сына супруге Сянь.

Вэй Инло переписала все сто листов. Императрица с улыбкой взглянула на аккуратно выведенные на белой бумаге иероглифы:

— Молодец, получается все лучше! Не зря государь именно так и наказал тебя!

Инло отложила хучжоускую кисть^[86] и, поджав губы, спросила:

— Госпожа, наказывают ведь обычно за проступок. Что же такого я совершила?

Императрица ответила не сразу.

— Государь всегда прав, – со вздохом сказала она. – Раз он сказал, что ты провинилась, значит, так и есть. Как бы там ни было, старшую наложницу Цзя тоже наказали, так что, считай, его величество воздал тебе за твои страдания.

Воздал? Инло задумчиво глянула на толстенную кипу листов на столе. Ей это показалось забавным, и, покачав головой, она ответила:

— Если уж и воздал, так не мне, а дворцу Чанчунь. Если уж виновный должен получить наказание, то почему досталось только старшей наложнице Цзя, а великий князь И вышел сухим из воды?

Императрица бросила взгляд на окно, феникс из золотых нитей на ее платье сиял в солнечном свете.

— Довольно зацикливаться на этом, – спокойно ответила она. – Великий князь И – двоюродный брат государя.

Сияние вышитого феникса почти ослепило Инло.

— Верно, он – двоюродный брат государя. А я – лишь ничтожная служанка! Подумаешь, оболгали, даже если бы я с жизнью попрощалась, он бы и не взглянул на меня! Он разгневался из-за того, что великий князь И сговорился с наложницей и чуть не опозорил семью! Выходит, со старшей наложницей Цзя разобрались, а этот как ни в чем не бывало будет и дальше жить припеваючи!

Императрица взглянула на нее и как можно мягче произнесла:

— Инло, он ведь родной сын тринадцатого дяди государя, к тому же потомственный князь Великой Цин. Разве мог государь сурово его наказать?

Инло посмотрела на императрицу. Все-таки она и дворец Чанчунь – единственный оплот и поддержка Инло во всем Запретном городе. Раз уж между дворцом Чанчунь и великим князем И промелькнула неприязнь, то лучше будет не ждать атаки, а нанести удар первыми.

В глазах девушки заблестела холодная решимость, она принялась размышлять:

«Что же такого должен совершить потомственный князь, чтобы к нему потеряли уважение?»

— О чем задумалась? – полюбопытствовала ее величество.

Инло тут же собралась и, улыбнувшись, ответила:

— Да так. Подумала, что в любом случае я обязательно вас защищу.

Императрица немного удивилась, у нее потеплело на сердце, и она мягко произнесла:

— Вот глупышка!

Время течет, как река: плавно и размеренно. Один день во дворце сменяет другой, мало чем отличаясь от предыдущего. Одни и те же люди, виды, рутина, и потому любые маломальские изменения в привычном течении будней привлекают много внимания.