Книга Влюбленный астроном, страница 79 – Антуан Лорен

— Не может быть… – потрясенно прошептал он. – Месье Лежантиль, но вы же… умерли!

— Я не умер, Октав, иначе я не стоял бы сейчас перед вами.

— А вы не призрак? Призраки существуют, я это точно знаю, сам их видел. Только здесь не один десяток! Я же ночую во дворце, так что верно вам говорю: они существуют!

Гийом улыбнулся и направился к лестнице. На плече у него висел кожаный мешок с рукописью.

В кабинете Кассини не было. Слуга указал Гийому на этрусский зал – одно из самых просторных помещений Академии, – где его ждали. Возле приоткрытой тяжелой позолоченной двери он остановился и прислушался – из зала доносился гул голосов. В зале собралось десятка три его собратьев; они сидели на стульях; Кассини устроился за столом на небольшом возвышении. Едва Гийом шагнул за порог, как разговоры стихли до шепотков, бормотанья и покашливаний. Пока он проходом шел к первому ряду, ловил на себе взгляды коллег: одни смотрели на него в упор, другие ему улыбались и кивали. На самом деле он надеялся на более теплый и дружелюбный прием. В первом ряду сидел герцог де Лаврильер; Гийом остановился рядом, и герцог с сердечным приветствием протянул ему здоровую руку. В их последнюю встречу с обеими руками у того все было в порядке. Гийом повернулся к Кассини, с недовольным видом восседавшему за своим столом.

— Мэтр, – сказал Гийом и почтительно склонил голову, – благодарю вас за предоставленную мне аудиенцию.

— Бывшие академики не имеют права на внеочередную аудиенцию! – раздался голос из глубины зала.

Гийом присмотрелся к выкрикнувшему эту реплику.

— Я с вами не знаком, сударь, – проговорил он, – но я не бывший академик. У меня здесь свое законное место. Я – астроном Королевской академии наук.

Кассини кашлянул и принялся нервно теребить свой парик.

— Господин Лежантиль, мой дражайший собрат, – начал он. – Ваше отсутствие… Ваше долгое отсутствие – вас не было двенадцать лет! – многое изменило, о чем я глубоко сожалею. Мы считали, что вы умерли.

Гийом перевел глаза на герцога, который согласно кивнул.

— На пятый год возникла мысль передать ваше кресло другому. Я возражал, но на седьмой год… Господин Лежантиль, вы больше не член Академии, но вы остаетесь почетным академиком, со всеми полагающимися вам преимуществами.

У Гийома, который так и оставался стоять, выпал из рук его кожаный мешок.

— Вы отправили меня в отставку, – пробормотал он. – Вы отправили меня в отставку! – уже громче повторил он, обводя взглядом коллег, хранивших молчание. Он обратил взор на герцога – тот шумно сглотнул.

— Мы не получили от вас ни одной весточки, – решился высказаться один из астрономов.

— А мои письма? Я писал в Академию, писал герцогу.

— Должно быть, ваши письма погибли в кораблекрушениях, Гийом, – попытался объяснить де Лаврильер. – Я ничего от вас не получил, только одну раковину.

— Я отдал всю жизнь науке, – с дрожью в голосе проговорил Гийом. – Я пересек столько морей!

— И так и не увидели Венеру! – бросил кто-то из коллег. – Дважды!

— Стоял туман, – возразил Гийом.

В зале послышались смешки.

— Вы знаете, что такое туман в Пондишери, сударь? Вы, который никогда не наблюдали звезд дальше чем с побережья Средиземного моря?

— Господа! – крикнул Кассини, и в зале стало тихо.

— Дорогой собрат, вы были объявлены пропавшим без вести или погибшим, – взял слово еще один ученый. – Мы не могли не передать ваше кресло другому.