Онлайн книга «Кровавая заутреня»
|
— Завтра Светлое Воскресение, великий праздник, но я не вижу приготовленных праздничных блюд. — Не до праздника мне! Сам знаешь! — отрезала Яся. — Если хочешь вкусно поесть — иди в корчму! Тяжело ступая, Радзимиш подошёл к ней и взял за подбородок. — Послушай, красавица, — тихо проговорил он, глядя Ясе в глаза, — если бы я хотел поесть в корчме — то так бы и сделал. Но я приехал к тебе и хочу с тобой разделить ужин и праздничный завтрак. Там у калитки привязан конь, а к его седлу — две сумки. Сбегай, принеси их, пока я умоюсь. Яся фыркнула и горделиво вскинула голову. Плавным движением руки поправила волосы, не спеша накинула телогрейку и вышла наружу. Радзимиш проводил её горящим взглядом. Он принял игру панянки, распалившей его желание. Он бы мог и сам принести сумки, но уж больно хотел, чтобы Яся увидела его нового коня с богато украшенной сбруей и оценила дорогое добротное седло. Радзимиш знал, как влияет на женщин вид роскошных вещей. Два дня погромов принесли уже результат — Радзимиш неплохо поживился в нескольких домах знатных варшавян, объявленных врагами Речи Посполитой. Шляхтич скинул верхнюю одежду и остался в тёмно-синих широких штанах и белой рубахе, подпоясанной расшитым серебряными нитями кушаком. Набрал из умывальника полную пригоршню воды, плеснул себе на лицо и с наслаждением вытерся рушником. В это время с улицы вернулась Яся, таща тяжёлые мешки. — Вельможный пан думает, что нашёл себе прислугу? — спросила она и опустила их на пол у порога. — Он ошибается. Пусть наймёт какого-то мальчишку, и тот таскает для пана тяжести. А сирота — слабая девушка, и её нежные ручки для этого не предназначены. — Не ворчи, красавица! — Радзимиш легко подхватил сумки, поднёс к столу и принялся выгружать на него съестное: окорок, запечённое в травах мясо, душистый хлеб, копчёный овечий сыр, шарлотку, воздушную круглую бабку и многое другое, что могло украсить праздничный стол. Яся молча наблюдала за хозяйскими действиями Радзимиша. В этом черноволосом мужчине чувствовалась сила, грубая и необузданная, и желание подчинить эту силу своей слабости волновало и будоражило кровь. Под рубахой проступало крепкое мускулистое тело, и Ясе внезапно захотелось ощутить его близость, но она решила пока не выказывать своей расположенности к шляхтичу. Безусловно, она оценила прекрасного коня и его дорогую сбрую, поняла, что перед приездом к ней Радзимиш побывал в корчме и специально привёз всё самое лучшее из съестного, чтобы произвести впечатление. Только это было всё не то. Во всяком случае за окорок и шарлотку Яся не собиралась дарить свою благосклонность. Аргументы для этого должны были быть более весомыми. Она скинула телогрейку и подошла к Радзимишу. — Я вижу, что пан позаботился о своём желудке, — обронила Яся и небрежно махнула рукой. — Мне этого всего не надо. Я ем как птичка. — Она подпёрла подбородок рукой и сделала вид, что задумалась. — Я так поняла, что вельможный шляхтич хочет заночевать здесь, — продолжила она после раздумий. — Но как же быть? Уложить его в комнате матушки я не могу — слишком свежа память о бедной покойнице. А на втором этаже в комнатах выбиты стёкла. Ночи ещё холодны, пан может замёрзнуть… Радзимиш расхохотался. Нет, ему определённо нравилась эта белокурая голубоглазая панянка. Мало того что хороша, так ещё и с норовом. |