Книга Граф и гувернантка, страница 24 – Джулия Куинн

— Минут, – пояснила Фрэнсис.

— Десяти минут не было.

На этот раз Дэниел не смог определить, кому принадлежали эти слова.

— Ну и пяти тоже.

И опять он не понял, кто это сказал.

— Мы могли бы сойтись на восьми, но, думаю, это неточно.

— Почему вы так тараторите? – не удержался Дэниел.

Девочки разом замолчали и в недоумении уставились на кузена.

— Мы вовсе не тараторим, – возразила Элизабет.

— Всегда так разговариваем, – добавила Гарриет.

— Все остальные нас понимают, – подвела итог Фрэнсис.

Просто удивительно, как эти три юные леди умудрились лишить его дара речи.

— И все же мне интересно, почему мисс Уинтер так задерживается, – принялась рассуждать вслух Гарриет.

— На этот раз за ней пойду я, – заявила Элизабет, одарив Фрэнсис взглядом, который ясно говорил, что на нее решительно нельзя положиться, но та лишь пожала плечами.

Но едва Элизабет подошла к конюшне, в дверях появилась мисс Уинтер, являя собой образец истинной гувернантки в практичном сером платье и такой же серой шляпке. Натягивая перчатки, девушка нахмурилась при виде, как догадался Дэниел, разошедшегося шва.

— Должно быть, это и есть мисс Уинтер, – произнес он громко, прежде чем она успела его увидеть.

Она вскинула голову, но тотчас же поспешила скрыть промелькнувшее во взгляде беспокойство.

— Я слышал о вас лишь хвалебные отзывы, – вежливо сказал Дэниел, предлагая мисс Уинтер руку. Когда же она оперлась на нее – кстати сказать, весьма неохотно, – граф наклонился и спросил так тихо, чтобы его услышала только она: – Удивлены?

Энн не удивилась. Да и с чего бы? Он же пообещал нанести визит, несмотря на ее заявление, что к гувернанткам не приходят с визитами. Но ведь он граф Уинстед: джентльмены его положения поступают как им вздумается. И это ужасно раздражало.

Граф не был ни жестоким, ни самонадеянным. Энн нравилось думать, что с годами она научилась разбираться в людях, во всяком случае не то что, скажем, в шестнадцать лет. Лорд Уинстед не из тех, кто соблазняет девушек помимо их воли, портит их репутацию, запугивает или шантажирует, во всяком случае, намеренно. И если этот мужчина перевернет ее жизнь с ног на голову, это произойдет не по его вине. Если он возжелает ее, то захочет, чтобы это чувство оказалось взаимным. При этом ему и в голову не придет, что она не должна позволять себе какие-либо отношения с ним: слишком они разные.

Ему было позволено все что угодно. Так почему отношения с ней должны стать исключением?

— Вам не стоило приезжать, – тихо сказала Энн, когда они направились в парк следом за шагавшими чуть впереди сестрами Плейнсуорт.

— Мне хотелось повидать кузин, – с невинным видом солгал граф.

Энн искоса посмотрела на него.

— В таком случае почему вы идете не с ними, а со мной?

— Только посмотрите на них. – Граф жестом указал на девочек. – Хотите, чтобы одна из них оказалась на проезжей части?

Он был прав: девочки заняли весь тротуар, выстроившись по возрасту, от старшей к младшей. Именно такой порядок во время прогулки требовала соблюдать их мать. Энн поверить не могла, что именно сегодня они решили последовать указаниям леди Плейнсуорт.

— Как ваш глаз?

При ярком свете дня выглядел он просто ужасно, словно синяк распространился на переносицу, но зато теперь можно было рассмотреть цвет глаз лорда Уинстеда – ярко-голубой. Зачем ей так хотелось это узнать, Энн не понимала.