Книга Настоящее сокровище Вандербильтов, страница 56 – Кристи Вудсон Харви

Качая головой, Хейз опустился в кресло-качалку на маленьком крыльце. Я посмотрела ему в лицо и поняла, что в нем меня обезоруживает: его ранимость. Это сторону своего «я» он никому больше не показывал. Видимо, потому я смотрела сквозь пальцы на его измены, притворялась, будто не знаю, что происходит, когда меня нет рядом. Только мне одной удавалось вывести его из депрессии, заставить поверить в свои силы. Но я устала с ним нянчиться.

Я села в кресло-качалку рядом с ним.

— Я много думала о нас. Правда. Можешь называть меня старомодной, но я хочу, чтобы мой муж принадлежал только мне.

— Но так и будет! – воскликнул Хейз. – Как ты этого не понимаешь?! Да, я не идеал, но, Джули, Богом клянусь, как только мы поженимся, я даже смотреть не буду на других женщин. Ты мне веришь?

— Хочу верить, – отвечала я. – Но, думаю, у тебя это в крови. И я не в претензии: ты такой, какой есть. И ты еще встретишь свою половинку. Но сама я не стану загонять тебя в ловушку, зная наверняка, что наш брак обречен на неудачу. – Я помолчала, размышляя. Теперь это было неважно, но мне хотелось знать правду. – Долго ты спал с Крисси Мэтьюз?

Хейз резко выдохнул, встал и принялся расхаживать по крыльцу. Я знала, что своим вопросом шокировала его. Но, в сущности, он был прав: у нас всегда было так. Мне стало стыдно, что я так долго отказывалась это понять – не признавала губительность наших отношений. Когда бабушка и Сара, две мои настоящие наперсницы, выражали свое беспокойство на этот счет, я им с пеной у рта доказывала, что они никогда не знали такой любви. Только теперь до меня дошло, что они были абсолютно правы: это не любовь; это – порочный круг.

Хейз медлил с ответом, – видимо, решал, стоит ли быть честным относительно Крисси.

— Ну хорошо, да, я спал с ней пару раз, – наконец произнес он смущенно. – Гордиться, конечно, нечем, но я не хотел причинять тебе боль.

Разумеется, я догадывалась. Но слышать это все равно было больно.

— Пару раз?

— Ну, несколько, – отмахнулся он. – По глупости. Прости. Я очень и очень о том сожалею. – Хейз упал передо мной на колени. – Ты моя семья, Джули. Твоя семья – это и моя семья. Твоя мама водила меня к стоматологу, чтобы мне удалили зуб мудрости; твой отец тренировал баскетбольную команду, в которой я играл. Мы из года в год вместе ездили на семейный отдых. Помнишь, как мы были в Ки-Уэсте, а там улицы затопило, и мы целыми днями босиком бегали под дождем? – Он теперь тараторил, как чумной, захлебываясь словами.

Я помнила. И расставаться с этим было больно.

— Ты же не хочешь жить так до конца своих дней? До восьмидесяти лет вспоминать о том, как нам было хорошо в шестнадцать, чтобы сохранить наш союз?

Хейз встал и снова закружил по крыльцу, сердито поглядывая на меня.

— Это из-за него, да? Из-за этого Коннера?

Я повела глазами.

— Ну, разумеется. Я вычеркнула из жизни последние десять лет из-за какого-то архитектора, с которым познакомилась в аэропорту. Зришь прямо в корень, Хейз.

— Если из-за слухов о Селене…

Я выставила вперед ладонь. Пусть я не всегда доверяла ему, но после ее звонка я прониклась уверенностью, что Селену из отдела кадров не интересовал Хейз из инвестиционного отдела.

— Нет, Хейз. Скорей уж, из-за Крисси Мэтьюз, хотя дело даже не в ней. И ты это знаешь.