Книга Любовь великих. Истории знаменитых пар, страница 95 – Наталья Ярошенко

За колдовские способности ведьма расплачивается самым святым, что есть в человеке, — собственной душой, и после смерти ей нет покоя.

Образованный Булгаков, конечно же, знал старые славянские предания: «ученая» ведьма Маргарита, сама заключившая сделку с дьяволом, совершила непростительный грех и после смерти не могла оказаться в раю.

Что касается Мастера, то его путь после смерти решился после разговора между посланником божественной силы Левием Матвеем и Воландом.

«А что же вы не берете его к себе, в свет?» — спрашивает Воланд Левия по поводу Мастера.

«Он не заслужил света, он заслужил покой», — печальным голосом проговорил Левий, по сути, он передал писателя на суд сатаны, отказав ему в божьей милости поселиться в раю.

Ответ на вопрос, почему посланник божий не проявил милосердия к Мастеру, по всей видимости, нужно искать в творческом отступничестве писателя. Он сжег не просто роман — его версия истории Иисуса претендовала на новый вариант прочтения Святого Писания. Глобальные амбиции писателя никак не соответствовали его слабой человеческой натуре. На вопрос Воланда о планах на будущее Мастер ответил: «У меня больше нет никаких мечтаний, и вдохновений тоже нет… ничто меня вокруг не интересует, меня сломали, мне скучно…»

Привлекательное на первый взгляд благодеяние сатаны, даровавшего влюбленным вместо ада покой в вечноцветущем вишневом саду, на самом деле обернется для Мастера и Маргариты совсем другой стороной. Вечноцветущий сад никогда не дает плодов, а значит, Мастер больше никогда ничего не напишет. Это самое изощренное дьявольское наказание для творческого человека. А Маргарита никогда не сможет стать матерью. В конце романа звучат ее слова, которые раскрывают печальную перспективу их безрадостного существования в этом, казалось бы, привлекательном месте: «Ты будешь засыпать, надевший свой засаленный и вечный колпак. <…> А прогнать меня ты уже не сумеешь».

Сложно сказать, о чем думал Булгаков во время написания романа. Возможно, нечеловеческие страдания братоубийственной Гражданской войны и кошмары кровавых репрессий рождали мысли о том, что добро и зло поменялись местами. Но, как бы то ни было, образ Воланда в романе получился настолько привлекательным, что до сих пор многие как истину повторяют его слова: «Никогда и ничего не просите! <…> Сами предложат и сами все дадут». В Евангелии от Матфея написано ровно наоборот: «Просите, и дано будет вам… ибо всякий просящий получает…» По сути дела, Воланд очень искусно подменил христианскую идею смирения грехом гордыни. Его посыл звучал вполне в соответствии с духом того времени, когда разрушались не только церкви, но и идеи христианства под лозунгом «Борьба с религией есть борьба за коммунизм». Слова Священного Писания «Бог против гордецов, но дает благодать смиренным» заменялись призывом к действию: «Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее — наша задача». Отвержение христианских ценностей прослеживается и в том, что события романа происходят перед Пасхой, а бал Воланда, на котором Маргарите после обряда омовения кровью мертвецы-гости Воланда целовали колено, состоялся в ночь со Страстной пятницы на субботу — в тот день, когда Христос уже умер и еще не воскрес. Возможно, душу автора во время работы над романом раздирали противоречия: на его глазах мучительно умирал один мир, а другой, пока непонятный, еще не появился. Булгаков, с одной стороны, принимал новую власть: в его понимании любой порядок намного предпочтительнее хаоса межвластья. С другой стороны, он был человеком из ностальгического прошлого, из милой благополучной семьи Турбиных, уют в доме которых так описан в романе «Белая гвардия»: «Бронзовая лампа под абажуром, лучшие на свете шкапы с книгами, пахнущими таинственным старинным шоколадом, с Наташей Ростовой, Капитанской дочкой, золоченые чашки, серебро, портреты, портьеры…» [21]