Книга Пойма. Курск в преддверии нашествия, страница 75 – Екатерина Блынская

Ника удовлетворенно чмокнула.

— Сладкий какой…

— Скоро шесть месяцев… – отозвалась Катеринка, пуская дым из сигареты.

— Ты так и прокурила всё грудное молоко.

— Пусть привыкают. Я что-то не смогла бросить. Люшка ругается…

— А старший-то как? Папку в нём признал?

— А никак. Живёт у деда. Не хочет к нам идти. Люшка же его воспитывает, а тот упирается.

— Плохо.

— А он-то общается со своим?

— Да так, не особо. А я и не знаю, где его батя…

Ника заметила, что Катеринка не умеет врать, сразу краснеет.

— Мой тоже такие пустышки любил… они удобные.

— Только такие и жмякает, – ответила Катеринка.

Ника внимательно оглядела в этот момент Катеринку. Та, поймав взгляд Ники, почесала нос и посмотрела в сторону.

— Хорошо, что ты приучаешь ребёнка с детства к хорошему…

И ещё раз взглянув на малыша, Ника пошла к машине.

«Не может быть, – подумала Ника. – Это не она. Трое детей… Ну как? А если она… Но если я её спрошу про вареники для военных, всё… Замкнётся».

Нике нужно было срочно проветрить голову после того, как она стала серьёзно подозревать, что «манитушники» не просто соседи. Да и Катеринка была совсем другой несколько лет назад. А теперь её было не узнать: так надулась.

Ника не сбрасывала со счетов, что она хотела забыть свою несчастную жизнь, но Люшка тоже ей покоя не давал. Она наводила о нём справки и в Апасово, где ей рассказали, что Люшка, оказывается, околачивается в здешних местах с четырнадцатого года и что у него дочка от девицы села Гордиевка. На которой, между прочим, он не женился.

Странно было после рассказов Люшкиных родителей о том, какой он положительный и прекрасный человек, слышать такие новости.

«Почему же я его не рассматриваю в числе подозреваемых? – подумала Ника. – Почему он однозначно не может быть руководителем подпольной организации…Ведь может!»

А пока Ника шла через село до Манюшкиного дома, ей показалось, что начинается какая – то паранойя. Эта осторожная наблюдательность оставляла неприятный осадок, будто полынной травой надышалась.

Манюшка приехала на выходные и была очень словоохотливой.

Их дом стоял недалеко от Никиного, и теперь отец Манюшки, бывший офицер дядя Гена, присматривал за порядком по всей улице. Манюшка была отличной подругой. Ника могла сморозить любую чепуху, но Манюшка её прощала и любила. Длинная, худая и курносенькая Манюшка с рыжими волосами, к сожалению, из-за своего самолюбия ещё не вышла замуж. Хотя, очень хотела. Она смешила подруг, но родным было не до смеха, потому что её сестра воспитывала уже трёх мальчиков, а вот Манюшка пока не созрела, хоть ей и стукнуло сорок пять лет.

Но, к счастью, в наше время женщина в сорок пять лет может выглядеть, как она захочет, и самой решать, где у неё талия. И Манюшка, которая были оглушительно-громкая, визгливая и яркая, пошла в депутаты!

Чудом её выбрали в районные депутаты! И теперь все, кто когда-то не верил в её способности, заткнулись!

Манюшка дружила с нужными людьми, она закрыла свалку, закрыла незаконный карьер и выбила асфальтовую дорогу по Надеждино!

Но, несмотря на успехи в делах, Манюшка всё равно хотела замуж. Она даже искала женихов в соцсетях, записав ролик под названием: «Путешествие в Доминикану!», где предлагала юным женихам составить ей компанию.