Онлайн книга «Время ласточек»
|
— Ай, какие у него плечи… а какая задница… – приговаривала Маринка. Знали о пагубной страсти Маринки пацаны Мешковы. Они постоянно дразнили ее и Андрея. Но Лиза со скуки придумала иное… Она подговорила Степку быть письмоводителем, а сама с Чубайсом, Корявым, Максом и почтарькиными детьми взялась за сочинение легенды. Они писали короткие записки и носили их Маринке. Инкогнито! Ни это я, ни то. И ты сперва еще придумай кто, Я так тебя люблю, Что лишь молю, Открой мне душу девичью свою! Подпись решили сделать соответствующую: «Самому Наилудшему». И специально подбавили ошибок, чтобы не придраться! Записка скручивалась в трубочку и кидалась в бутылку из-под пива, а уж их в лесу напротив Лельки валялось море. Послав две записки, Лиза ждала реакции. Маринка незамедлительно прибежала к ней с пылающими щеками. — Это он! Он! Это точно он! – верещала она. — Ну, наверное, он стесняется! Напиши ему ответ. — Да как! Я не умею двух слов связать. — Давай я тебе помогу… И Лиза стала пособницей Маринкиного самоутверждения. Мой бог, когда ты только взглянешь — До сердца самого достанешь. Не знаешь ты, как я люблю И изнутри очень горю. Потерянная неизвестная обнадежена и духовно тебе отдана! — Это шикардос просто! – пищала Маринка. – Да если он это получит, он паром будет ссать! Лиза поднимала брови и, обуреваемая любопытством, написала записок впрок и на любой поворот любовной истории. — Атас! Ты гений! – прижимая листочки к груди, взбрызгивала слезой Маринка. Бутылки перекидывались во двор Максом и Степкой. Правда, как оказалось, бутылки с записками довольно скоро нашел дядька Женька Рядых. Видимо, выпивая вместе с Адолем, старшие обсудили этот вопрос и решили, что это проделки проказницы-москвички. Дядька Женька даже принес Григорьичу одну такую бутылку. — У нас тут грамотных нема, поэтому нечего дуру валять! – сказал он. Вызвали Лизу допросить про стихи. Григорьич метнулся к комоду и сразу же нашел в Лизиной синей тетрадке кипу этих самых любовных эпистол. — Стихи хорошие, так за душу и берут! Но вот… не понимаю я твоей любви к Андрею! — Не-ет! Не пара она ему! Легкомысленное существо! И на паперть его выведет! – сдавливая смех, ругался Григорьич. Лиза рассмеялась на это так, что Нине Васильевне пришлось фыркнуть на нее водой из сифона. На другое утро прибежала Маринка: — Ах вот как, так ты мне соперница?! Лиза снова смеялась, чуть не до обморока. После этого случая выяснилось, что, оказывается, да – Андрей влюблен был в Лизу. К счастью, буквально через неделю после этого случая он нашел работу на стройке в райцентре и уехал… Тогда все выдохнули. Особенно выдохнул Глеб, которому каждый человек, отсвечивающий случайным взглядом на Лизу, уже казался потенциальным соперником. Но о настоящих своих соперниках он не знал и верил, что легко победит любого, если только они посмеют появиться. * * * Самым противным было то, что в Обуховке все еще гостил у бабушки Васька. И он грозился приезжать и навещать Лизу. Как-то в самом начале июля Лиза с Лелькой и Маринкой, перевернув лодку, устроили на Гончарке великое потопление. Накануне они пытались свалить копну сена напротив Отченаша, но не смогли и должны были хоть чем-то навредить ему. Сначала они хотели выдрать кусок арматуры из бетона, чтобы незаметно пустить лодку старого похотливца ко дну. Когда ничего не вышло, психуя и матерясь, Маринка побежала домой. За топором. С Яськой на закорках. |