Книга Ради любви и чести, страница 30 – Джоди Хедланд

и обнаружила, что она изучает одну из картин с величайшим восторгом. Я

поняла, что она дала мне возможность уединиться с Беннетом, хотя и не

совсем понимала почему. Сэр Беннет наклонился еще ближе, сосредоточившись на цели: на моих губах. Я была слишком очарована

изгибом его рта, чтобы отодвинуться. Я познакомилась с сэром Беннетом

только вчера, но мы провели вместе огромное количество времени, так что

мне казалось, что я знаю его гораздо дольше. Он мне нравился. Возможно, даже очень нравился.

— Я могу признаться, — сказал он, его губы были совсем близко от моих,

— что мне понравилось проводить с вами время. Честно говоря, мне это очень

понравилось. Я в восторге.

— Я тоже считаю вас не таким уж ужасным, — прошептала я.

— Не таким ужасным? — Его рука скользнула к моей талии и обожгла

сквозь слои моего платья. — Вы мне льстите.

— Стараюсь.

Его дыхание задержалось на моих губах. Часть меня предвкушала то, что должно было произойти, но другая часть предупреждала, что позволив

ему поцеловать себя, у него может сложиться впечатление, что я легкая

добыча. Что я не считаю себя достаточно ценной, подгоняя события. Что

физическая связь важнее, чем развитие отношений. Что я была готова отдать

поцелуи и близость до получения обязательств. Как бы ни был

привлекателен сэр Беннет, мне определенно нужно было сохранять

достоинство.

Я отступила на шаг и потерла внезапно похолодевшими ладонями друг

об друга:

— Пожалуй, я пойду в свою комнату и попробую оттаять.

— Прошу прощения, миледи, — сказал сэр Беннет, прочищая горло и

выпрямляясь. — Я совершенно не подумал л том, что вы могли замерзнуть в

этом длинном, неотапливаемом коридоре. Умолю, простите меня.

— Может быть.

Я отвернулась, но заметила его потрясенное лицо. Его глаза были

полны раскаяния и... осмелюсь ли я это сказать? — разочарования. Может, он

огорчился, что мы не поцеловались?

— Возможно, я найду в своем сердце силы простить вас. Но только если

вы пообещаете не давать мне спать всю ночь и покажете остальную часть

своей коллекции.

Ну вот, я и сказала это. Наконец-то я призналась в своем желании

увидеть его работы. Испугает ли это его? Откажется ли он продать мне что-нибудь сейчас?

— Обещаю, — сказал он, когда я пошла по коридору мимо великих

шедевров, которыми восхищалась всю ночь. — Обещаю посвятить этому всю

ночь и весь день.

— Значит, следующая ночь наступит не скоро.

Волна удовольствия наполнила мою грудь, такая острая, что мне

пришлось ускориться, чтобы он не заметил моего восторженного выражения

лица. Я не могла сказать, что взволновало меня больше: мысль о том, чтобы

увидеть произведения искусства или провести с ним еще одну ночь.

— Предлагаю вам в следующий раз захватить с собой плащ, — крикнул

он мне вслед, когда я последовала за горничной. — Тогда нам не придется

беспокоиться о холоде, прерывающим наше совместное общение.

При этих словах я снова вздрогнула, но на этот раз не от холода.

— Ты рискуешь скомпрометировать себя, проведя всю ночь с

мужчиной, — строго сказала бабушка, сидя в кресле перед камином.

Но когда она произнесла эти слова, я не услышала в ее голосе

твердости. Я проспала полдня и все еще лежала в постели, с которой

наблюдала за одухотворенным выражением лица бабушки.

Я приподнялась на локтях: