Книга Там, где поют соловьи, страница 54 – Елена Чумакова

На крыльцо вышел Григорий с папиросой в зубах. Встал над сестрами, облокотившись на перила. От запаха табака Агату снова замутило. Паня зыркнула на зятя, встала, увлекая за собой Агату:

— Пойдем-ка в светелку, приляжешь, тебе и полегчает. Может, чё несвежее попало… Ничего, все пройдет, все хорошо будет…

Григорий усмехнулся им вслед.

Вскоре в комнату Агаты поднялась Наталья, принесла стакан чаю с мятой и ломтиком лимона.

— Вот, выпей, полегчает. Мне лимон всегда в таких случаях помогал.

Будучи медиком, Агата давно заподозрила неладное, но надеялась, что ошибается. Сегодняшнее происшествие показало, что пришла расплата за короткое счастье. Она была так неосторожна! Совсем не думала, что свадьба с Лео может не состояться. Что теперь ей делать?! Что о ней подумают родственники? Что скажет отец? Господи, стыдно-то как…

После обеда все сестры собрались в комнате Агаты держать совет.

— Ты духом-то не падай, – Анна присела на краешек кровати рядом с младшей сестрой, – в жизни чего только не случается. Ничего, найдем выход. У меня знакомая бабка-знахарка есть, травками лечит. К ней съездим, она своими отварами плод-то и вытравит. Бабка эта многим помогает, не одна ты в историю попала. Никто и не узнает.

— Еще чего! – вступила Наталья. – Скажешь тоже! Свое дитя колдовскими отварами травить! Глаша платье ей такое сошьет, что никто ничего не заподозрит. Как срок поболе будет, в Уфу поедешь. Поживешь пока у Пани, там и родишь, а я ребеночка заберу, скажу – мой. Где трое, там и четверо. Может, Бог даст девочку, – добавила она мечтательно.

— Ну, вы думаете, что говорите?! – вступила Глаша. – Одна вытравить ребеночка предлагает, другая отобрать… котенок вам, что ли? Ты отцу ребенка написала, что в тягости?

— Нет… И не буду писать!

— Понятно… Гордые мы… Раньше гордость-то показывать надо было. Ну да ладно, поздно упрекать. Ты, сестренка, не переживай сильно, тебе теперь это нельзя. Все будет хорошо – выносишь, родишь. Мы тебя не осудим и в беде не бросим. С отцом и братом я сама поговорю. А вы, – Глафира повернулась к старшим сестрам, – мужей своих укоротите, чтобы не допекали Ольгу. А соседям любопытным скажем, что овдовела она, утонул муж… или уехал куда… В арктическую экспедицию! Пусть головы ломают, где это.

— Замуж тебе выйти надо, – по-своему рассудила Прасковья. – Вон у Тимофея в депо сколь холостяков. Меня с Илюшей познакомил, и тебе найдет мужа. Вдовца, может, какого, который не побоится с ребеночком взять. А уж мы все вместе приданое тебе соберем.

— Ну да, за кого попало готова сестру отдать, – недовольно хмыкнула Глафира. – Все они там, в этом депо, выпивохи. Знаем уже.

— И ничего Илья не выпивоха! – вступилась за мужа Прасковья – Да, любит чарочку пропустить. Но меру знает!

— Потакай, потакай! – поморщилась Глафира. – И вообще, ребенку нужен родной отец, а не какой попало отчим.

— Да ладно вам! – подала голос Даша. – Еще на чужие языки внимание обращать! Посудачат да и перестанут. Ты, сестренка, главное, девочку роди! Я племяшку вышивать научу… – мечтательно сказала она. – Маняша вон не желает учиться, так, может, с твоей поладим.

— Угомонись! – примирительно сказала Анна. – У Маняши другие способности, она музыке учится.

— Дорогие вы мои! – голос Агаты уже не был растерянным. – Ни к каким знахаркам я не поеду, ребеночка своего будущего никому не отдам, за кого попало замуж не пойду и от людей прятаться не стану. Раз мне Бог дал дитя, рожу, буду его растить и любить. И низкий поклон, что не гоните нас с ним… с ней… не осуждаете.