Книга Милинери, страница 115 – Елена Чумакова

В первые секунды нежданный гость смешался, увидев посторонних свидетелей встречи, но потом, видимо, решил действовать по намеченному им плану, театральным жестом раскинул руки и, лучезарно улыбаясь, двинулся в сторону Софьи.

— Дорогая моя женушка, наконец-то я тебя нашел! Сколько лет не виделись! Дай-ка я тебя обниму.

Соня отстранилась, выставив перед собой ладони, указала гостю на стул, сама заняла кресло за своим столом. Богдан пожал плечами, сел, небрежно развалился на стуле, закинув ногу на ногу и, опершись ладонью на стол, принялся барабанить пальцами по его полированной поверхности. Несколько мгновений они разглядывали друг друга. Вблизи перемены в его внешности были еще более разительными. Черты лица утратили былую скульптурную четкость, оплыли. Нос и щеки покрылись сеточкой багровых прожилок. Зубы поредели и пожелтели. Тусклые пряди когда-то шелковистых и волнистых волос уныло свисали, открывая крупные уши. Драповое пальто было хорошего качества, но имело весьма потрепанный вид, из обшлагов выглядывали несвежие манжеты клетчатой рубашки. Неужели это тот самый мужчина, который при первой встрече на корабле показался ей умным, заботливым другом, эдаким своевременным подарком судьбы? И тот, которого она позже столько лет боялась, от которого бежала, куда глаза глядят, спасая свою жизнь? Тот, который снился ей в ночных кошмарах? Это же просто жалкий и наглый тип! Как же он смог тогда так ее запугать, подчинить своей воле? Софья почувствовала неловкость за него перед присутствующими.

— Вот мы и свиделись, моя беглая жена! — прокашлявшись, начал гость, словно не замечая присутствующих. — А ты прекрасно выглядишь, поправилась, похорошела. Не зря я все эти годы скучал по тебе. Искал, и вот, наконец, нашел!

— Ну, это было нетрудно, — Соня указала глазами на торчащий из кармана его пальто свернутый в трубочку журнал, на развороте которого красовалась ее фотография. — Скажи, зачем ты пришел, чего ты хочешь?

— Как чего хочу?! Чего может хотеть законный муж от своей жены? Но… давай обсудим это дома, без посторонних. Наедине, так сказать.

— Какой дом ты имеешь в виду?

— Наш… то есть твой, у меня в Париже жилье слишком… скромное для тебя. Не то что твоя квартира на улице Одеон, — и он самодовольно хохотнул, любуясь произведенным эффектом. — Но ведь у законных супругов все имущество, нажитое в браке, является общим. К тому же мне не терпится познакомиться с сыном. Как и ему, наверняка, хочется познакомиться с отцом.

У Софьи от удивления брови взметнулись вверх.

— Это не твой сын! Ты к нему не имеешь никакого отношения.

— Знаю. Знаю, что ты его нагуляла, но готов простить измену, поскольку несу за тебя ответственность перед Богом. А насчет того, что я не имею отношения к Петру, ошибаешься. Ребенок рожден в браке, следовательно, по закону, он мой сын. Он носит мою фамилию. И незачем мальчику знать о похождениях его матери.

Соня побледнела, вся напряглась, как тигрица перед прыжком.

— Это ты носишь мою фамилию, гражданин Пидпузько. Ты мошенник, обманом женившийся на мне. И не смей соваться к моему сыну! У меня хватит денег, чтобы раскопать твое прошлое, найти причину, почему тебе так необходимо было сменить имя. Сколько ты хочешь за развод?

— Э-э нет! — Богдан покачал перед своим носом пальцем и перешел с французского на русский. — Не для того я спас тебя от голодной смерти на корабле и потом в Стамбуле, не для того столько лет тебя искал. Золотые яблочки созрели на моей яблоньке, а ты — развод. Я на развод согласия не дам. А попытаешься под меня копать, заявлю в полицию, расскажу журналистам, что ты воровка, обокравшая меня. У меня есть документ из Загребской полиции, там на тебя было заведено уголовное дело.