Онлайн книга «Её Сиятельство Графиня»
|
Положиться на Мирюхина кажется хорошим решением, здравым, но у Демида кровь кипит лишь от одной мысли, что там она будет с ним. Как он глуп, как эгоистичен! Боится за её честь, за неё, но и иного защитника, кроме себя самого, ей не желает. Трус! Идиот! Двуличный ревнивец, слишком посредственный, слишком слабый, чтобы принять решение. А есть ли оно — решение? Демид не в праве даже думать о Лизе, но ведь это право можно получить… Он обещал себе и не мечтать об этом, но… Что, если иного выхода нет? Если между двух зол нужно выбрать наименьшее? Обречёт ли он Лизу на жизнь с ним или это то самое решение, которое он, наконец, осмелится принять? — Ты словно бы переменился в лице, — отметила осторожно тётушка. Демид не стал озвучивать свои мысли — он и думать эти мысли боялся, так эфемерны, так зыбки они ему казались. Но что! что если… Что если… Демид встал. Он чувствовал, как задрожали руки — тело захватило странное чувство: тревога, смешанная с иступленным ожиданием. Он может помочь Лизе. Он может быть с ней! И он будет! Решение тому — брак. И теперь он не отступится. Теперь — чаша весов накренилась. Нет больше повода отрицать, нет повода бежать — если он станет Лизе мужем, никто не посмеет их разлучить. Как глуп он был! Да будь у него такая возможность — он сам бы себя вызвал на дуэль и расстрелял бы без сожалений, а после — растоптал бездыханное тело. Его Лиза, его бедная Лиза, нежная, но такая смелая! Сколько силы в этом создании, каков стержень! Она нашла в себе смелость сказать ему о чувствах, после всего — сказать, а он отверг её, заткнув уши, боясь лишь за себя, страдая из-за себя.Как больно ему было слышать дрожь в её голосе, осознавать, что по румяным от переживания щекам бегут слёзы, но он и не думал в тот момент о той боли, что испытывает она сама. Чёртов эгоист. Он определённо не достоит и ресницы Лизы, и всё же… Такой недостойный, он не в силах измениться, он продолжит быть эгоистом — Лизавета Вавилова будет его, ничья больше — и плевать на всё. Только она важна, только её безопасность, её улыбки, смех и даже слёзы. Весь мир Демида — у её ног, и он сам его туда положил, хотя обманывался, сопротивлялся… Если это не любовь — то что? Одержимость? Пускай, пусть будет одержимость, пусть будет зависимость, пусть будет что угодно — Демид станет упиваться этим и жить этим. Сколько слабостей у него было, сколько страхов, но отныне единственный его страх, единственная слабость, но и радость, и наслаждение, и отрада — Лиза. Лишь бы всё получилось! — Ты пугаешь меня, — вернула его в действительность тётушка. — Ты, кажется, задумал очередную глупость… — Не переживайте, — Демид выдавил улыбку. — Я пойду. — Демид! — строго проговорила княгиня. — Вам не о чем беспокоиться. Мне нужно в именье — проверить слуг. Я отправил их на площадь, хочу удостовериться, что все вернулись в целости. — Ты меня этим не обманешь… — Можно попытаться, — Демид порывисто поцеловал руку тёти и поспешил из дворца. Нужен был чёткий план, и к составлению его Демид планировал приступить сейчас же. * * * Санкт-Петербург Поместье Вавиловых Дни шли, как ни в чём не бывало — слишком обыденно, если не считать десяток караульных, которые, очень скоро поняв, что сбегать я никуда не собираюсь, на посту чаще дремали или занимались чем-то своим, а то и вовсе все вместе собирались в беседке перекинуться в карты. |