Онлайн книга «Десять дней в мае»
|
Мне необходимо было сменить антураж и обстановку. Поэтому я обошла весь наш райончик и нашла кафе. Полил дождь – и я просто последовала за ароматом свежезаваренного кофе и скрылась в бархатно-зеленых недрах. Люблю такие заведения. Потертый бархат диванчиков, старое дерево столиков, корица и ваниль, теплый свет ламп. И книги, книги, книги. На всех почти поверхностях. Я осмотрелась, и села у окна, смотреть на капли дождя, ползущие по стеклу. Сразу схватила зачитанный томик сказок Андерсена… Я листала сказки, меланхолично рассматривала как развернувшийся ливень лупит по зеленой листве, по припаркованным на мосту великам, по воде канала. Вспомнилась давешняя реплика про Ромео и камешки по глади пруда. Ну вот почему он именно так со мной? За то, что просто ушла тем утром? Колольчик над дверью оповестил всех посетителей, что в нашем полку кофеманов прибыло. Я только кинула взгляд в сторону, ухватывая край высоко поднятого ворота макинтоша и сложенный зонт с ручкой в виде попугая. Теплый рассеянный свет не дал мне рассмотреть лицо мужчины. Но когда он сел по правую руку от меня, наполняя пространство своей энергией – я обернулась. И столкнулась со стальным взглядом Уильяма Хьюза. И не смогла не прикоснуться пальцами к губам, ловя это тупое фантомное ощущение его поцелуя – и пустоту вне его рук. А еще вообще отсутствие какого-либо желания двигаться вперед без него здесь и сейчас. Это сейчас, в своём номере, я могу относительно спокойно проиграть эту немую сцену из Штирлица. А вчера… Сказать, что меня задергало – ничего не сказать. И да, это была ни дать, ни взять сцена встречи шпиона с женой. Какие только опасные ублюдки удержали нас от того, чтоб разделить этот вечер и дождь, помноженный на кофе? Уилл сел в пол оборота, так, чтоб я прекрасно рассмотрела этот его байронический профиль – и тихонечко сошла с ума от невозможностей. И главный невозможный вытянул вперед свои стремящиеся к бесконечности ноги, откинулся на спинку диванчика. И все это – упрямо глядя в пустоту. Что мне было делать? Я натянула рукава свитера на вдруг озябшие руки, допила потерявший всякий вкус кофе и ретировалась. И на этом воспоминании экскурс в прошлое окончен. Первая мысль, с которой я и засыпала вчера – и просыпаюсь сегодня: как быть дальше? С ним. С самой собой. Вчера было еще много чего примечательного, но все это застилает сплошной нерв. И желание просто доработать. Без всех этих ощущений осколков стекла в сердце. Встаю. Всё, ну просто всё – на каком-то таком дурном автоматизме. Душ, потом ледяная вода в кране, мятная паста. И чужое лицо в зеркале, чужие руки. Я не я. Машина, бездушная, едва-едва совершающая рутинные действия. Только откуда этот гулкий стук слева? Откуда жар – и желание впечататься в его тело? И чтоб на совсем. Нужно собрать себя в кучу. И заняться своими прямыми обязанностями. На половину девятого назначена летучка. Сейчас на часах уже двадцать минут, так что мне нужно поторопиться. * * * Ральфа не оказывается на его привычном месте за столиком у окна. — Уехал, с самого раннего утра. И никаких распоряжений не оставил, – хлопает ресничками Ева. — Окей, – отвечаю, просматривая пространство зала. Значит, завтрак пройдет в тишине. — Как вчера съездили? – нет, Ева, завтрак пройдет в тишине! |