Книга Елизавета Йоркская. Последняя Белая роза, страница 244 – Элисон Уэйр

— Благодарю вас, – сказала Елизавета, – но меня беспокоит чрезмерная худоба Артура.

— Многие юноши его лет худощавы. Это ничего не значит. Спортивные упражнения помогут ему нарастить мускулы.

— Тогда мне не о чем переживать, – ответила королева.

— Хорошо. – Генрих улыбнулся.

— Вашим милостям приятно будет узнать, что принц регулярно обменивается письмами с инфантой. Мы с братом Андре следим за тем, чтобы он выражал свои чувства должным образом. Но Артур и сам умеет обращаться со словами. Я уверен, его невеста радуется, читая, что он жаждет увидеть ее и обнять и уже горячо любит.

Именно этого от него и ожидали. Разве тринадцатилетний мальчик написал бы такие слова без подсказки? И что на самом деле думал Артур о своем приближающемся браке? А до него осталось недолго. Инфанта приедет в Англию в декабре, когда ей стукнет четырнадцать. Елизавета сомневалась, что сын откроется ей, он был научен послушанию и долгу. Она радовалась, что брак не будет заключен окончательно еще по крайней мере два года, так как Артур определенно не был готов исполнять супружеские обязанности.

С тяжелым сердцем Елизавета оставила сына, продолжая переживать из-за его здоровья. Артур стоял столбом, когда она его обнимала, и Елизавета в тысячный раз пожалела, что она никогда не была близка с ним так, как с его братом и сестрами. Как будто она всего лишь королева, а не его мать и любовь и почтение к ней – это сыновний долг, не смягченный искренним чувством.

Тур по стране в том году привел их в Гэмпшир. Сразу по возвращении Елизавета поспешила в Элтем, где Гарри с гордостью сообщил ей, что он и его сестры принимали у себя знаменитого Эразмуса.

— Он дружит с Томасом Мором, и Томас привез его, зная, что я разделяю его любовь к новому учению. Мы все собрались в холле, я принял их, и Эразмус хвалил мои достоинство и обходительность! – Гарри умолк, только чтобы набрать в грудь воздуха. – Томас подарил мне стихи на латыни, которые написал специально для меня, и я попросил Эразмуса, чтобы тот тоже сочинил что-нибудь… и, матушка, он сочинил! Он прислал мне поэму на десяти страницах, в которой назвал меня, Артура и Эдмунда красными розами за нашу силу, а Маргарет и Марию белыми розами за их девичью невинность!

Елизавета заразилась восторгом Гарри, она ликовала оттого, что ее восьмилетний сын имеет такую страсть к учению и уже хорошо владеет латынью. Она провела счастливый день, наблюдая, как он возится с сестрами, слушая его неудержимый озорной смех. Вот это был бы король, если бы только Господь распорядился иначе. Но может быть, Генрих или позднее Артур признают способности Гарри и дадут ему какой-нибудь высокий пост, где он найдет применение своим талантам.

Вернувшись ко двору, Елизавета застала Генриха в кабинете, он был мрачен и задумчив после утомительной беседы с доктором де Пуэблой. Она ужаснулась, увидев, что супруг за две недели ее отсутствия как будто постарел на двадцать лет.

— Что случилось? – спросила Елизавета, обвивая руками Генриха.

Он ответил на ее объятие, но сердце у него тревожно стучало.

— Вы помните, что Фердинанд и Изабелла выражали тревогу при появлении очередного ложного претендента на трон. Мы быстро разобрались с этим Уилдфордом, тем не менее Пуэбла непрестанно твердит мне, что уверенность его суверенов в безопасности английского престола поколеблена. – Генрих уныло хмыкнул. – Он напомнил мне, что Фердинанд и Изабелла на протяжении многих лет видели, как корона подвергалась ударам со стороны разных самозванцев и остается нестабильной из-за существования наследников Йорков, которые могут бросить вызов моему титулу. Теперь, когда Уорбек дискредитирован, они, очевидно, видят главную угрозу миру и спокойствию в Англии в Уорике, ведь кое-кто может решить, будто у него есть серьезные притязания на трон, и суверены опасаются, что он всегда будет притягивать к себе мятежников.