Книга Мария I. Королева печали, страница 106 – Элисон Уэйр

Король наградил обоих сияющей улыбкой:

— Я вас покидаю, чтобы вы могли лучше узнать друг друга. – С этими словами он дал знак сопровождающим следовать за ним.

Мария пребывала в смятении. Она чувствовала, что отчаянно краснеет, так как до сих пор ощущала на губах вкус поцелуя Филиппа. Но что скажут люди? Принцесс не положено приветствовать поцелуем в губы. Подобная фамильярность определенно свидетельствовала о грядущей свадьбе!

Боже, она совсем забыла о правилах приличия!

— Прошу вас, присаживайтесь, – пригласила она, и они сели напротив друг друга возле камина.

Филипп ласково смотрел на Марию, на его губах играла улыбка. Герцог был настолько хорош собой, что ей пришлось напомнить себе, что он еретик и должен получить отказ. Однако доброта, обходительность Филиппа, неприкрытое восхищение в его глазах действовали неотразимо.

Они поговорили о погоде – поездка герцога выдалась крайне тяжелой, – о предстоящем бракосочетании короля, о надеждах Филиппа подружиться с Англией.

— Лично для меня это будет альянс, основанный на любви, – обратив на Марию сияющий взгляд, заявил он. – Что, по-моему, является оптимальным альянсом.

— Вы правы, – пролепетала Мария, опасаясь, что он найдет ее глупой и недалекой, поскольку ей с большим трудом удавалось вести себя естественно. – Скажите, ваше высочество любит охоту?

— Это мое самое любимое развлечение.

— И мое тоже! А вы практикуете музыку и танцы при дворе?

— Иногда. Но ваше высочество сможет установить там свои порядки.

И тут Мария впервые за все это время отчетливо поняла, что, если она выйдет замуж за герцога, ей придется покинуть Англию и навсегда переехать в Баварию. Подобная перспектива казалась не слишком радужной, но тем не менее Марию неудержимо влекло к этому мужчине. Она понимала, что брак с ним может оказаться весьма приятным. Она будет именоваться мадам герцогиня Баварская, и он сумеет подарить ей детей, о которых она страстно мечтала. И действительно, на следующий год в это самое время она, быть может, уже станет матерью! Филиппу, естественно, придется разрешить жене исповедовать свою религию, однако король наверняка об этом позаботится.

Мария постепенно расслабилась и начала получать удовольствие. По мере того как день приближался к концу, она все больше убеждалась, что Филипп будет хорошим мужем. И когда вернулся отец и пришла пора прощаться, герцог снова поцеловал ее в губы, и она внезапно поймала себя на том, что ей понравилось… очень понравилось.

* * *

В тот вечер за ужином король откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на дочь:

— Я слышал, ваша встреча с герцогом Филиппом прошла удачно. Герцог желает приступить к заключению брака. Что скажете?

Мария запаниковала. Она нуждалась во времени на размышление. И хотя ее очень влекло к потенциальному жениху, прямо сейчас, в его отсутствие, к ней вернулись все прежние страхи и сомнения. Она ничего не знала о Баварии и по-прежнему сомневалась в возможности брака с протестантом.

— Отец, я жду вашего решения, – тяжело сглотнула Мария.

— Но он вам понравился?

— Да.

— Сдается мне, он вам очень даже понравился! – расхохотался отец, и она почувствовала, что краснеет, а в комнате внезапно стало невыносимо душно.

— Отец, прошу прощения, мне что-то нехорошо. Могу я уйти к себе?