Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 96 – Ева Арк

Неожиданно за спиной Коммина кто-то кашлянул.

Обернувшись, тот нахмурился:

— Что Вы здесь делаете, сеньор де Монбар?

— Наш повелитель послал меня за Вами.

— Стало быть, Вы слышали наш разговор?

— Да, монсеньор. Однако можете быть спокойны – я не стану доносить на Вас.

— Вот как? Но ведь Вы – бургундец, и, стало быть, недолюбливаете меня.

— Прежде всего – я дворянин. Хотя и не терплю предательства…

— Некоторые действительно называли меня предателем за то, что я оставил службу у герцога Бургундского и присоединился к сторонникам его врага, покойного короля Франции. Но я ни разу не пожалел об этом. Хотя Карла друзья называли Смелым, его скорее можно было счесть Безрассудным за ту политику, которую он проводил, и которая выразилась в его собственных словах: «Я настолько люблю Францию, что хотел бы, чтобы в ней был не один король, а пятьдесят». И во имя этого он не щадил ни своих сторонников, ни врагов, истребляя всё, что попадалось ему на пути.

По лицу Монбара было заметно, что он с трудом сдерживался во время выпадов советника против герцога Бургундского. Закончив свою речь, Коммин направился в сторону конюшни.

В отличие от него, Монбар не сдвинулся с места:

— Не уделите ли Вы мне немного Вашего времени, мадемуазель де Нери?

Заметив, что д’Эворт нахмурился, дочь Великолепного попросила:

— Позвольте мне побеседовать с господином де Монбаром. Ведь он не сделал мне ничего плохого. Я сама во всём виновата.

— Ну, ладно, – нехотя сдался Даниель, – только недолго. А я пока провожу сеньора д’Аржантана.

Не обращая внимания на сестру Августину, бургундец спросил у Лоренцы:

— Вы, я вижу, подружились с советником?

— Сеньор д’Аржантан – давний приятель моего приёмного отца.

— На Вашем месте, я бы не доверял ему. Ведь Коммин известен своим сребролюбием и шагу не сделает без выгоды для себя. Например, за своё предательство он получил от покойного короля, кроме Аржантана, несколько поместий и руку одной из самых богатых наследниц королевства.

— Если у Вас есть какое-то дело ко мне, то говорите, сеньор, иначе скоро вернётся господин д’Эворт, – после паузы сухо напомнила Лоренца.

— Признаюсь, что я весьма удивился, увидев Вас вчера на улице. Ведь, насколько мне известно, Ваше место рядом с Медичи. В то же время, их нет в городе, а Вы здесь.

— Как же я могу быть рядом с теми, по чьему приказу была похищена и заключена в монастырь?

— Я так и думал, что здесь что-то нечисто, – барон удовлетворённо кивнул головой. – Когда мне сообщили, что Вы переехали во дворец Медичи, я отправился туда, чтобы поговорить с Вами. И то, что мне отказали в свидании, только усилило мои подозрения. Потому что Вы могли исчезнуть, не попрощавшись со мной, но не с Сольё.

— Простите, но я не желаю ничего слышать о Вашем друге.

— А разве не его Вы искали глазами во время въезда короля во Флоренцию?

— Не знаю, что Вы подумали, но, повторяю, судьба мессира де Сольё мне абсолютна безразлична.

— И Вам совсем неинтересно знать, где он сейчас?

Поймав красноречивый взгляд девушки, барон усмехнулся:

— Как только мы встретились с нашими войсками, король отправил Сольё с поручением к герцогу Орлеанскому, который возглавил наш флот и в битве при Рапалло полностью уничтожил вражеский десант. Так вот, мой друг настолько понравился принцу, что тот оставил его при своей особе, когда по поручению короля возглавил гарнизон в Асти, дабы присматривать за нашим союзником герцогом Милана.