Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 318 – Ева Арк

— Неужели Вы сейчас перечеркнёте те счастливые годы, которые мы прожили вместе?

— Может быть, для Вас они и были счастливыми. Однако не проходило и дня, чтобы в течение всего этого времени я не думала о том, как живётся моей дочери у чужих людей. И, хотя мне было известно, что супруги Нери любят её как родную, всё равно мысль о том, что я лишила Лоренцу материнской ласки, не давала мне покоя…

— Вы сами во всём виноваты, – перебил её муж. – Этого не случилось бы, если бы Вы не бросилась искать утешения в чужих объятиях как последняя…

— Продолжайте, сеньор, – щёки графини немного порозовели. – Что же Вы замолчали? Впрочем, Ваши оскорбления ничуть не задевают меня, так как иного от Вас я и не ожидала!

— Я замолчал потому, что несмотря ни на что, Вы – мать моего сына. Или Вы уже забыли и о нём?

— Вам прекрасно известно, что ради нашего сына я готова на всё! Но он уже взрослый и больше не нуждается в моей опеке. Что же касается Лоренцы, то сейчас я ей необходима и поэтому настаиваю на своём праве оставаться рядом с дочерью.

— А я, как Ваш муж, хочу напомнить о своих правах! И требую, чтобы Вы подчинились мне! Иначе…

— Что же Вы сделаете, если я не подчинюсь? Быть может, подадите на меня жалобу в суд? Или схватите за волосы и силой потащите в Сольё?

Лицо графа сделалось темнее тучи. Стоя друг против друга, донна Мария и её муж молча мерялись взглядами. Воспользовавшись этим, Лоренца незаметно покинула комнату. Только очутившись в саду, она облегчённо вздохнула, так как до этого ощущала себя как бы между молотом и наковальней. И почему люди, которые так сильно любят друг друга, как граф и графиня де Сольё, не могут прийти к согласию? Она сама не раз честно пыталась выполнить обещание, данное брату, и уговаривала донну Марию вернуться к мужу. Но из этого ничего не вышло. Впрочем, теперь воочию увидев графа, Лоренца решила, что её мать права. Отец Амори показался ей грубым, жестоким и нетерпимым человеком. Поэтому стоило благодарить Бога за то, что сын донны Марии был похож на своего отца лишь внешне…

— Лоренца! – вдруг услышала молодая женщина чей-то голос.

Подняв голову, она увидела Даниеля, который стоял возле конюшни с незнакомым ей слугой.

— Ты знаешь, что приехал граф де Сольё? – осведомился д’Эворт.

— Да. Он сейчас в зале разговаривает с матушкой.

— Пожалуй, не стоит им мешать.

— Я тоже так думаю.

Протянув ему своё письмо, Лоренца добавила:

— Нельзя ли отправить его в Париж?

— Тебе повезло. На днях я отправляюсь в Тур по поручению графини и передам его с каким-нибудь паломником или… – внезапно управляющий умолк.

Обернувшись, молодая женщина едва не столкнулась с графом де Сольё, который был явно не в духе.

— Седлай лошадей! Мы возвращаемся в Бургундию! – раздражённо приказал он слуге.

— Мой муж уехал? – спокойным тоном поинтересовалась у Лоренцы графиня.

— Да, матушка.

— Жаль, что мы расстались врагами.

— Мне почему-то боязно, матушка. Что, если сеньор де Сольё действительно подаст на Вас в суд? Ведь как Ваш муж он располагает всеми правами.

— Можешь не волноваться, Лоренца. Я хорошо знаю Жана: он не будет судиться со мной хотя бы из гордости. К тому же, граф Сольё вовсе не такое чудовище, как ты думаешь. Просто, он немного вспыльчив… как и я.

Утром двадцать четвёртого сентября Лоренца и Изабель отправились помолиться в замковую капеллу. Однако в коридоре их догнал управляющий: