Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 276 – Ева Арк

Затем она отправилась на кухню, где увидела следующую картину: Камилла помогала кухарке раскатывать тесто и при этом, мешая французские и итальянские слова, рассказывала, как делают пироги в Новаре. В свою очередь, Жильетта следила за котлом, в котором что-то варилось. А Клод в компании с Тома согревался стаканом разбавленного красного вина. При виде этой домашней сцены у Лоренцы сжалось сердце.

Выйдя на середину кухни, девушка взволнованно произнесла:

— Мне нужно сообщить вам всем одну новость: мы с донной Аврелией сейчас уезжаем в замок Саше под Туром с… нашим соседом, ювелиром Сольяни, которому нужно посетить этот город по торговым делам. Наверно, вернёмся мы нескоро, поэтому я написала мэтру Жаку письмо, в котором попросила его позаботиться о вас.

На несколько секунд в кухне воцарилась мёртвая тишина, а затем кухарка растерянно сказала:

— А как же обед?

Однако её перебила Камилла:

— Возьмите меня и Клода с собой, мадонна!

— Нет, ты в положении, Камилла, поэтому я не могу взять вас с собой. Но если вы с Клодом останетесь здесь, то будете получать прежнее жалованье.

— Мы с Тома могли бы поехать с Вами, мадемуазель, – вдруг неожиданно предложила нянька Лоренцы.

— Ну, если Тома не возражает, – пожала плечами девушка.

— Я – как Жильетта, – почесав в затылке, откликнулся конюх.

Укладывая вещи Лоренцы в кожаный мешок, с которым она приехала из Лиона, Камилла не могла сдержать слёз. Кроме самой необходимой одежды Лоренца взяла с собой письмо Великолепного и рисунки Боттичелли и Больтраффио. Кулон же отца повесила на шею, а к поясу вместе с чётками настоятельницы Святой Лючии привязала кинжал, полученный в подарок от мадонны из Форли.

Когда Гийонне отнёс её вещи вниз, Лоренца спустившись следом, протянула ему свои письма:

— Вот это ты вручишь мэтру Жаку, а другое – отвезёшь в особняк господина де Монгильона на улицу Сент-Антуан и отдашь в руки моей подруге лично.

— Я всё сделаю так, как Вы сказали, – заверил её бывший солдат.

Затем, взглянув на жену, он добавил:

— Перестань плакать, Камилла, ты только расстроишь мадемуазель.

Служанка молча вытерла слёзы, но у двери снова разрыдалась. Глаза же Лоренцы были сухими, хотя предчувствие говорило ей, что она больше никогда не вернётся в Париж. Потом дочь Великолепного простилась с кухаркой, которая перекрестила её и сунула Жильетте завёрнутые в чистую тряпку горячие пироги. Вместе с донной Аврелией девушка прошла по пустому двору. Из-за холода охранники сидели в специально выделенной для них пристройке, куда Гожетта как раз понесла им обед. Гийонне отворил ворота. Первой выехала крытая повозка, в которой сидел Тома с Жильеттой и лежали вещи Лоренцы и вдовы. Выйдя следом, девушка машинально взглянула на флюгер и отметила, что дул северо-западный ветер.

На углу, как и обещал Луи, беглянок ждали закрытые носилки со слугами. Пересев туда, они быстро добрались до дворца Турнель, где пообедали с принцем и после полудня через ворота Сен-Жак выбрались на заснеженную дорогу, ведущую на Орлеан.

Любовь принца

Расположенный на высоком северном берегу Луары замок герцогов Орлеанских в Блуа господствовал над всем городом. Слева от главного входа находилась жилая двухэтажная постройка из красного кирпича, отделанная по углам белым камнем. К ней примыкала небольшая капелла Сан-Галле и другие подсобные помещения. Прямо виднелась мощная цилиндрическая башня, возведённая ещё в двенадцатом веке. Через заднюю калитку возле донжона можно было выйти на площадь, где в окружении домов горожан стояли готическая церковь Сен-Север и фонтан. А с западной внешней стороны был разбит сад, сейчас засыпанный снегом.