Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 248 – Ева Арк

— Клод – честный парень и не мог просто так бросить свою невесту. Наверно, с ним действительно что-то случилось.

— Камилла хочет пойти к воротам крепости и поискать его.

— Там сейчас опасно. Лучше схожу я.

Взяв пищаль, Даниель ушёл. Вернулся он где-то только часа через два.

— Я нашёл Клода, – сказал д’Эворт выбежавшей к нему навстречу с пылающими щеками Камилле. – Он в госпитале при аббатстве Святого Луки.

Они принялись обсуждать, как им забрать Гийонне из госпиталя. В конце концов, Даниель выкатил из сарая старую хозяйскую повозку, которую не успел порубать на дрова. Кое-как починив её, он бросил туда последнюю охапку соломы и запряг Ворона. Камилла села вместе с д’Эвортом на повозку и они уехали.

Во время их отсутствия Лоренца приказала Катрин нагреть на кухне чан с водой и приготовить чистые простыни. Вскоре, услышав во дворе скрип несмазанных колёс, дочь Великолепного вышла на крыльцо и увидела лежащего на повозке Клода, от которого, буквально, остались кожа да кости. Он громко стонал.

— Что с Клодом? – обратилась она к Даниелю, в то время как Камилла упрашивала своего жениха немного потерпеть.

— Монахи сказали, что у него хворь, которая сопровождается сильными болями в животе и кровавым поносом. Она возникает из-за того, что люди едят с голода что попало. От этой болезни умерло уже немало солдат герцога.

— Но Клод ведь не умрёт? – услышав последние слова д’Эворта, его невеста жалобно посмотрела на Лоренцу.

— Мы постараемся вылечить его, – успокоила та служанку. – Нужно отнести твоего жениха на кухню и помыть его, а потом дать выпить толчёного древесного угля или настой из одного листка лавра.

Пока Камилла и Катрин занимались на кухне Клодом, дочь Великолепного слушала рассказ д’Эворта о его посещении монастырского госпиталя.

— Если бы ты видела, Лоренца, что там творится! Помещение рассчитано на десять коек, а лежат вдвое больше человек. Считается, что им ещё очень повезло, так как многие умирают прямо там, где их застала болезнь, без всякой помощи. Везде грязь, кровь… Ужасное зрелище!

— Неужели им нельзя никак помочь? – задумчиво произнесла девушка.

Даниель пожал плечами:

— А что тут можно сделать?

— Хотя, – продолжал он, – кое-что мне пришло в голову: я не могу больше смотреть, как рядом гибнут мои земляки, в то время как сам сижу без дела. Поэтому я решил взять пищаль и пойти сражаться вместе с остальными.

— А как же мы с донной Аврелией?

В этот момент на крыльце появилась алансонка, однако д’Эворт, распрягавший коня, не видел её.

— Вы не можете покинуть нас, – продолжала Лоренца, заметив, что её наперсница замерла с помертвевшим лицом. – Мы пропадём без Вас!

— По крайней мере, у вас на одного едока будет меньше.

— Прошу Вас, не делайте этого! Хотя бы ради своего будущего ребёнка!

— Что ты сказала? – растерянно переспросил д’Эворт.

После чего перевёл взгляд на свою возлюбленную:

— Это правда, Катрин?

— Да, – едва слышно произнесла та.

— Посмотрю, как там Клод, – в свою очередь, сказала дочь Великолепного.

Алансонка вернулась через полчаса. Хотя по её сияющему виду сразу было видно, что у них с д’Эвортом всё в порядке, Лоренца всё же осведомилась:

— Что сказал тебе Даниель?

— Господин д’Эворт пообещал, что как только мы вернёмся во Францию, так сразу и поженимся.