Онлайн книга «Черный Спутник»
|
— Женюсь, – твёрдо отвечал Мора. – Если невеста не погонит. — А вы, Рене? — И я женюсь, – беззаботно отвечал Рене. – Я слышал, знаменитый герцог Лозэн женился в восемьдесят, значит, и для меня не всё потеряно. Есть в Петербурге одна дама – уже тридцать лет ждёт, когда я к ней посватаюсь. Пора, наконец, решиться. Аделаиса уставилась на Рене круглыми глазами, и в глазах этих стояли слёзы. — Боюсь, в Петербурге такая дама у вас и не одна, – подмигнул Плаксин. – Значит, все женятся, один я паду к ногам герцога Курляндского… Ну, про Лёвку я даже не спрашиваю. Он-то наверняка женится. — А вот и нет! – раздалось с облучка. – Фройляйн Мегид, можно мне с вами? Я тоже хотел бы на художника учиться! Возьмёт меня ваша Кернштокша? — Покажите ей свои рисунки, может, и возьмёт, – дрожащим голосом отвечала Аделаиса. — А вы как думаете, возьмёт? – прокричал Лёвка. – Или совсем говно я как художник? — Да нет, не совсем, – криво улыбнулась Аделаиса. – То, что я видела, очень многообещающе. — Не боись, Лёвка, я тоже видел – лепота, – по-русски добавил Мора. Аделаиса наклонила голову, и губы её задрожали. Рене потянулся к ней и начал шептать что-то на ухо – долго и ласково. Аделаиса ожила, зарделась и в волнении принялась теребить манжеты своих кюлотов. — Пощадите пряжки! – взмолился Рене. – Мне предстоит блистать в Вене в этих панталонах. — Рене, вы обещали мне дервишскую сказку, – напомнила Аделаиса. – Расскажите, всё равно в дороге скучно. — Вовсе не скучно, – возразил Плаксин. — Сказка тоже скучная, – предупредил Рене, – но если никто не против… — Хватит ломаться, папи, рассказывайте, – поторопил Мора. И Рене начал рассказ – медленно, с расстановкой, читая как актёр: — Это притча из репертуара дервишей-каландаров. Один человек, афганец, был женат на женщине много себя моложе. Однажды, когда он возвратился домой прежде обычного, старый слуга сказал ему: «Ваша жена и моя госпожа ведёт себя подозрительно. Сейчас она в своей комнате, там у неё огромный сундук, который достаточно велик, чтобы вместить в себя человека». «В нём хранятся разве что старые тряпки…» «Я думаю, сейчас в нём есть и что-то ещё. Она не позволила мне поднять крышку и заглянуть в сундук». Наш афганец вошёл в комнату жены и застал её обеспокоенной, сидящей в задумчивости перед закрытым огромным сундуком. «Не покажешь ли ты мне, что в этом сундуке?» – спросил он. «Это из-за подозрений слуги или потому, что вы мне не верите?» Рене изображал диалог без комических ужимок, совсем не имитируя голосом женскую писклявость, но отчего-то понятно было, за кого он в данный момент говорит. «Не проще ли взять и просто открыть сундук, не думая о том, чем это вызвано?» «Это невозможно». «Он заперт?» «Да». «Где ключ?» Она показала ключ и сказала: «Прогоните слугу, и вы получите ключ». Муж приказал слуге выйти, и жена отдала ему ключ. И сама вышла из комнаты, оставив супруга наедине с сундуком. Он долго смотрел на закрытый сундук и размышлял. Потом призвал четырёх садовников и велел унести сундук и закопать в отдалённой части сада. Той же ночью сундук был погребён, его зарыли, не открывая. И с тех пор об этом – ни слова. Рене с улыбкой склонил голову, показывая, что рассказ его окончен. Плаксин хлопнул в ладоши. — Браво! Да, мы, мужчины, негодные Пандоры… Эту сказку ваши предки привезли с собою из Палестины, из крестовых походов? Каландары – они ведь откуда-то из тех мест? |