Книга Сказка, рассказанная лгуньей, страница 69 – Ана Жен

Внезапно Аня почувствовала, что рядом кто-то сел. Она осторожно выглянула из-за капюшона. Ещё не все смогли сопоставить, что та самая молодая девушка Эвана Стоунхарта и Аня Романовская из Метрополитана – один и тот же человек, но это было вопросом времени.

Антуан поставил перед ней стакан кофе. Сделал он это молча и не глядя на Аню. Антуан Дюваль никогда не ощущал себя виноватым. Ему даже казалось, что в его мозгу отсутствует отдел, отвечающий за самокритику. А сейчас почему-то ему было неловко перед Аней. Он по-прежнему считал, что абсолютно прав в своём стремлении привлечь Стоунхарта к их общему делу. Но где-то на задворках сознания понимал: конфликт с Аней ни к чему хорошему не приведёт.

Потому, уповая на её рациональность, он пришёл – по пунктам объяснить, почему не считает полным кринжем то, что известный актёр будет способствовать продаже их книги.

— Можем поговорить? – глядя прямо перед собой, начал Антуан.

Аня вытащила наушники и тоскливо посмотрела на своего злобного СММщика:

— Валяй.

— Я хотел извиниться. Если ты вдруг решила, что я считаю тебя содержанкой – это не так. Хотя, признаюсь, нашёлся бы и на мою долю какой-нибудь папик… В любом случае, я не хотел назвать тебя приспособленкой.

— Неужели? Не кажется ли тебе, что есть нечто нечестное в том, что мы к нашей компании привлечём селебрити? Не у всех же есть такая возможность! Как это будет выглядеть? Что я сама не могу чего-то добиться? Что победу мне принёс влиятельный парень? А кем я буду без него?

Антуан не стал скрывать усмешку: Аня говорила об их победе как о чём-то решённом. И это ему нравилось.

— Аня, послушай меня внимательно, – он вернулся к предмету прений. – Ты хочешь поиграть в пиар-компанию или сделать её? Ты знаешь, как сильно современным писателям нужна хорошая реклама? Наш рынок перенасыщен. Как книге Билли выделиться из миллиона подобных?

— «Сказка, рассказанная лгуньей» – не заурядная история, она…

— Аня, Алессия мне рассказывала о том, как профессор Капур упрекнула тебя в излишне рациональном подходе к изданию книг. Пожалуйста, высунь голову из задницы и засунь в кучу с цифрами и статистикой.

— Хочешь сказать, я не реалистично смотрю на наш проект? – нахмурилась Аня.

— Хочу сказать, что ты не смотришь на этот конкурс как на реальный проект. Ты мыслишь категориями симуляций и школьных игр, а я хочу, чтобы ты смотрела на наше дело как на работу, – Антуан говорил поразительно спокойно.

— Ты не понимаешь? Эван – золотой билет. Это тот инструмент, которого нет у других! Это же нечестно! – досада эхом разносилась в висках. Она не хотела, чтобы потом все говорили, что вся её заслуга только в том, что она со Стоунхартом замутила. Не хотела!

— Аня, с чего ты взяла, что мир вообще справедлив? Забудь про это. Просто забудь. Возьми себя в руки, перестань наматывать сопли и стань уже нормальным тимлидером. Мы живём в жестокой конкурентной среде. Здесь побеждают те, у кого есть связи. Перестань быть ребёнком и постоянно думать о том, что про тебя скажут. Если про тебя говорят – не важно, что именно, значит ты уже на верном пути.

Аня замерла. Она не сильно слушала то, что Антуан говорил прямо сейчас. Её задело другое – слова о том, что она не воспринимает работу над «Сказкой» как настоящую работу. С самого начала она относилась к этому как к студенческому конкурсу. И всё, чего боялась – вылететь с какого-нибудь этапа…