Книга Сказка, рассказанная лгуньей, страница 60 – Ана Жен

— Алессия – моя лучшая подруга. Разумеется, я ей сказала! – возмутилась Аня. – Просто она сегодня проект с дизайнерами защищает. Не смогла вырваться…

— Учебный? Или опять какие-то конкурсы?

— Если честно – без понятия. Она пыталась объяснить, но это же Алессия… У неё мысль летит быстрее, чем включается переводчик в мозгу.

Аня придирчиво изучила лёгкое нежно-розовое платье. Она снова выглядит какой-то малолеткой! С другой стороны, Аня так долго пыталась казаться старше, чем есть, что практически упустила юность. То время, когда ещё можно без зазрения совести носить короткие юбки и выглядеть юной… А потом Аня опустила глаза на туфли Manolo Blahnik. Искрящаяся красота. Ане нравилось принимать подарки от Эвана. Вероятно, когда не можешь выразить свои чувства словами, приходится покупать дорогие кольца и туфли.

— Тебя не раздражает, что она постоянно переходит на итальянский?

— Это заставляет меня концентрироваться на том, что она говорит. Но в целом… Знаешь, наверное, если бы это была не Алессия, я бы уже свихнулась. Но с Алессией подобное кажется всего лишь милой причудой. Не более.

— Какая же ты великодушная! – с деланным восхищением воскликнул Билли. – Тебе бы с подобным терпением и внимательностью – в педагоги!

Аня лишь расхохоталась. Ей бы только в педагоги…

— Эван, я умру прямо там, и миллионы фотографов будут свидетелями моего падения!

Аня крепко вцепилась в руку спокойного Эвана. Пальцы у неё были ледяные. Самую малость мистер Стоунхарт опасался, что совершает ошибку, официально представляя Аню. Она ведь никогда не стремилась к публичности… С другой стороны, ей будет куда легче строить карьеру, если её имя эхом разлетится по светской хронике. Важно только – в каком контексте.

— Не переживай, ты чудесно выглядишь. – Он сжал её хрупкую ладонь.

Аня лишь тяжело вздохнула. Она не понравится. И, кажется, всем это очевидно. Очередная история о Золушке! Простите, в XXI веке такое уже не продать… Хотя, может быть, история маленькой Анечки порадует какую-нибудь русскую девочку, мечтающую вырваться из серой будничности Магнитогорска?

Тем временем Range Rover мягко остановился у Королевского театра Ковент-Гарден. В глянцевых дверцах автомобиля отражались яркие огни прожекторов. Красная ковровая дорожка Ане казалась языком жуткого демона: ступишь на неё – и монстр тут же заглотит тебя с потрохами и дизайнерскими туфельками.

Эван расслабленно опирался локтем на дверь. Он ведь никогда не рассказывал Ане о том, как устает во время работы над своими проектами. Он и о проектах особенно не рассказывал. Для разговоров о работе всегда была Фиона. А между тем, в тусклом свете Эван казался страшно уставшим. Что, если это Аня столь сильно его утомляет? У неё вечно что-то случается, и ей эгоистично кажется, будто у неё одной есть жизнь!

— Помни, мы просто идём в театр. Не больше.

Аня вздрогнула. Она уже начала захлёбываться в самоедстве и панике. Собравшись, как собиралась перед защитой всех своих трёх ВКР, Аня кивнула. Нет, больше Аня не будет ныть! Сегодня не её день. Сегодня день Эвана. Она здесь, чтобы поддержать своего мужчину, чтобы разделить с ним триумф. Вопреки всем самовнушениям, голова предательски закружилась.

В последней попытке взять себя в руки она провела пальцами по лёгкой ткани, пытаясь разгладить незримые складочки. А может быть, стоило надеть дизайнерское платье? Нет. Не стоило. На ней и без того слишком дорогие аксессуары, а этим платьем она помогает хорошим людям… Ведь так?