Книга Слёзы любви, страница 4 – Мира Майская

Подойдя ко мне он поставил передо мной крынку на землю и присел рядом. Холстинку развернул на своих ногах, внутри была толстая лепёшка, два яйца и кусок варёного мяса.

— Ешь давай, чего смотришь на меня?

— А ты? — я безотрывно смотрела на него.

— Я сытый, это всё тебе, только много не ешь, занеможешь.

Онемев от увиденного и услышанного, я взялась за лепёшку и немного отщипнула, понесла в рот. Эльрик сидел и смотрел как ем, а я осмелилась съесть ещё яйцо.

— Пей, — он преподнёс мне крынку и стал поить со своих рук. Молоко, что было внутри, было вкусным, мне казалось, что я никогда такого не пила. Выпив немного, по подбородку потекла тоненькая молочная струйка.

— Потом ещё попьёшь, — он опустил крынку на землю и стал рукой вытирать молоко с моего подбородка.

Я замотала головой, соглашаясь.

— Яся, а сколько годов тебе? — он посмотрел на меня.

Повернув голову я тоже посмотрела на Эльрика, меня Ясей то и не называли, только Яськой. А лет я точно, сколько мне и не знала, помню только мать кричала на меня, пять годов, а ты всё каши немогёшь сварить. И потому я проговорила:

— Пять…

— Ох всё, ты нашлась, — произнёс обрадованно.

— Нашлась? — я не поняла.

— Я всегда хотел сестрицу младшую. Вот ты и нашлась.

— Я?

— Ну, да. Мне восемь недавно справили, тебе пять. Вот между другом моим Кнутом и его сестрицей Алвой, тоже три года, значит ты мне сестрица.

— Да, значит сестрица. Ой, как ладно всё это братец. Мне плохо без тебя было, ой как плохо. Я так рада, что я нашлась, — тараторила я обрадованно.

— И я рад.

Мы обнялись, а потом так и сидели какое-то время.

Согрелась, и меня стала клонить в сон. Зевнув, я попыталась устроиться поудобнее.

— Жаль отца нет, он бы разрешил тебя в дом забрать. А старая Дорте ни за что не позволит тебя в дом взять. Давай Яся отца подождем, и тогда я ему расскажу, что сестрицу нашёл?

— Давай, — я согласилась.

— Яся, я скоро вернусь, — он вновь подскочил и побежал к двери.

Он вернулся, когда мои глаза уже совсем слипались, притащил две большие звериные шкуры. Одну кинул на траву сухую, в которой мы сидели.

— Давай Яся, забирайся.

Я заползла на шкуру, Эльрик укрыл меня второй шкурой. Подоткнул шкуру так, что меня укрыла она полностью, с головой.

Впервые за последнее время, мне очень сладко спалось, снился сон. Во сне я стояла на берегу реки, и смотрела на противоположный берег. На том берегу был высокий светловолосый мужчина. Я смотрела на него, не отрываясь, завороженно смотрела. И вдруг мужчина закричал:

— Я люблю тебя!

Его голос эхом разносился над водами реки, повторяясь вновь и вновь…

Три месяца спустя, начало зимы, поселение.

Время потихоньку шагало дальше. Отец Эльрика не возвращался, где-то задерживаясь. Но меня это мало интересовало, пожалуй даже немного радовало. И всё потому, что я опасалась, что он может не позволить нам быть братом и сестрой.

Всё это время Эльрик заботился обо мне, приносил еду и даже одёжу. Он сводил меня к ручью, умыл мне руки и ноги, да лицо. Заставил переодеться в принесённую одежду. Теперь я ходила в штанах и рубахе, это была одёжа из которой он вырос, то есть она была с его плеча.

Сарай в котором я всё это время жила, был очень старый и в нём было много дыр, крыша была дырявой, и часто сильный дождик подмачивал мои шкуры. Эльрик принёс мне немного ещё сухой травы, но это почти не помогало.