Книга Слёзы любви, страница 27 – Мира Майская

Мой день начинался на заре и заканчивался только когда, я уж когда засыпала, при свете лучины, сидя за веретеном или у прялки, или подшивая, что-то из одежонки детишек.

Я сильно похудела, как сказала соседка Фиора:

— Ой Яська, от тебя одни глаза остались. Замучила тебя совсем, Улфа.

Она покачала неодобрительно головой, только легче мне от этого не стало.

Так проходило моё лето, в сплошной круговерти, суете, и работе.

Когда лето подходит к своему завершению, я внезапно заболела, силы покинули меня, я стала терять себя, проваливаясь в темноту. Это могло случиться внезапно, темнота накрывала, и меня начинало трясти.

— Припадошная, — начали говорить люди вокруг.

Я совсем перестала выходить из избы, стыдясь, что это могло случиться на людях. Только ранним-ранним утром, когда солнце ещё не встало, можно сказать по темноте, я убегала из дома и проводила большую часть дня в лесу, собирала грибы, стирала бельё и потом долго сидела на берегу ручья.

Уже по темноте я возвращалась в дом когда все спали, тихо готовила еды, чтобы на следующий день вновь уйти. Недовольная тем, что я отлыниваю от того, что было до этого взвалено на меня, в один из вечеров укараулила меня возвращающуюся с корзинкой грибов.

Она встретила меня в темноте сеней, долго била меня деревянным черенком ухвата, я кричала от боли. А потом, когда я упала на пол, ещё чем-то, похожим на визжи. Когда она успокоилась и ушла в дом, не смогла встать, силы покинули меня и я погрузилась в темноту.

Очнулась я от боли, что раздирала моё тело. Попробовала подняться, но больно было опереться на руки, я ими защищалась когда меня били черенком ухвата. С трудом села, слёз не было, была только боль.

Долго сидела пытаясь прийти в себя, по стеночки тихо встала и медленным шагом направилась по сеням на выход, на крыльце села. Немного отдохнув, пошла в сторону леса, я не могу остаться, здесь меня или добьют, или всё равно выгонят.

О чем-то жалеть и оборачиваться я не стала, главное для меня сейчас было только желание выжить. Как дикий зверек, я лишь хотела скрыться от того, что причиняет мне боль.

Лес встретил меня тишиной и темнотой, медленно я шла в сторону ручья, но не дойдя обессиленно опустилась на траву, и склонив голову легла. Долго лежала, слёзы отчаянья текли по щекам, иногда я засыпала, иногда лежала с открытыми глазами, уперев их в небо.

Только когда вновь наступила сначала ночь, а потом уж и утро, я смогла доползти до ручья.

Умывшись, попив воды я смыла с рук и ног кровь, оставаться здесь я не решилась, боясь осуждения людей и новых побоев. Отчаявшись, я долго лежала под кустом ивы.

А потом решилась, мне нужно уйти подальше от селения, возможно я найду в лесу, какую-нибудь старую сторожку. Поднимаюсь и решаю пойти ниже по ручью, насколько смогу, приблизиться к Избор-озеру.

Чем дальше отхожу от знакомых мест, тем страшнее мне становится. Устроив привал, я развожу костер благо, что лето и солнце жаркое стоит высоко, нанизав на палочку грибы, я зажариваю их на огне. Как только наедаюсь, пью ключевую воду, черпаю ладошками из ручья.

Всмотревшись в ручей замечаю. что внутри камушки блестят на солнце. Поймав несколько из них, рассматриваю. А потом вновь опускаю в ручей, зачем мне камни и какой в них прок.