Книга Дочь фараона, страница 108 – Мира Майская

Отныне моей целью стало разобраться с мятежниками. Вместе с Оханом мы разослали по септом наших верных людей. Они искали мятежников и пытались их подкупить, нам необходим был предатель. Через него я намеренна была убить всех предводителей мятежников[2].

Только ещё не один из них, не вступил на путь предательства. А потому я отдавала приказ отправлять их к богине Запада[1], я не щадила никого, намереваясь прямо идти по своему жизненному пути. Сворачивать и жалеть кого-то, совсем не хотела.

Это придумала я, удивив этим верного наставника. Отныне я с удвоенной силой училась выигрывать сражения. А для этого я упорно изучала каждое сражение меятежников, поражаясь хитрости и необычайной тактике их предводителя. Я готовилась победить его в сражении[3].

Охан знал старшего сына, бывшего друга Пер О, и рассказал мне многое об этом человеке, о его не простом детстве, о том что он очень стойкий и выносливый воин. Я заметила, что наставник восхищается им, хоть и недоволен что он выступил против фараона и его дочери.

Время шло, Охан сообщил мне что в Тинисе богиня Запада успокоилась, больше она никого не забирает с собой. Нам было пора возвращаться, пора домой.

За день, перед отплытием из Инбу-Хедж, я в сопровождении Сехета решила прогуляться по построенному им саду. Меня тянуло туда, будто я ещё надеялась встретить там Хотепа. Но нет, только стало больнее.

Остановившись я долго смотрела на статуи, а потом повернулась к Сехету и спросила:

— Кто это? Почему они?

— Любящие, — удивил он меня своим ответом.

— Любящие? — повторила я.

— Да. Любящие всегда вместе, — произнес он, и посмотрел на меня.

Я задумалась, но так и не отвела взгляда от двух замерших в обьятиях, каменных людей.

Вместе быть с любимым… Только лишь надежда на это, держала меня в этом пути.

— Так бывает не всегда… — произнесла задумчиво.

— Если любишь, по другому не может быть, — он удивил меня своим ответом, в нём была уверенность.

И вновь я задумчиво на него посмотрела.

— А ты любил, Сехет? — произнесла тихо.

Он согласно покачал головой и ответил:

— Да…

Он произнес это слово, и я всё увидела в его глазах.

У меня не было сомнений в его ответе, он всё сказал этим садом, этими статуями без лиц, только с силуэтами мужчины и женщины.

Опустив голову, я какое-то время молчала, Сехет сам заговорил.

— Я построю вот там обсерваторию[4], всё как ты любишь Великий фараон Снеферка.

Посмотрела куда он показал, а потом перевела на него взгляд, и мы встретились взглядами.

Мне хотелось ему что-то сказать, но я не решилась, только вздохнула.

— Всё будет готова к тому моменту когда ты решишь здесь остаться навсегда, — произнес он уверенно.

Я лишь кивнула согласна головой, думая о том, что обязательно вернусь сюда. Мне казалось, что всё впереди и мы уже вместе с Хотепом, вернёмся к Белым стенам. И вновь на причале будет встречать нас Сехет, а издали мы увидим статую Таурт и построенную обсерваторию.

Мы отплыли из Инбу-Хеджа на рассвете, начинался разлив и по полноводному Нилу, мы как мне думалось быстро доберемся до Тиниса. Яххотен и Уаджи, плыли вместе с нами, и я радовалась тому, что они счастливы вместе.

Я задумчиво смотрела как мы проплываем деревни обычно состоявшие из нескольких десятков домов.

На нашем пути нам должны встретиться несколько городов, в основном вокруг зоны в Верхнем Египте, известной как излучина Кена. Там, во времена ещё до первых фараонов, люди из разных уголков Египта начали собираться в большие общины. В конечном итоге возникли первые протоцарства в Верхнем Египте: Абидос, Иераконполис и Накада. Именно с их появлением Черная Земля стала расширяться и объединяться, чтобы стать такой большой и мощной, как сейчас.