Книга Право на месть, страница 72 – Аглая Отрада

— Так вы его с детства знаете?

— Пасынок и сын друга в одном флаконе.

Крестовскому удалось скрыть отвращение к человеку, который заказал по факту родного человека. Но он философски относился к вопросам жизни и смерти, считая себя лишь орудием в руках Судьбы. Если кто–то имел неосторожность нажить себе врагов, значит, так тому быть. Как в Китае, где запрещено спасать утопающего – считается, что ему это на роду написано. А если кто–то его решит спасти, значит идет против Судьбы и мешает человеку следовать его собственным, предначертанным исключительно ему путем.

— Значит по рукам.

Усаживая Дюймовочку в такси, я, стиснув зубы, с трудом удержался от того, чтобы не впиться ей в губы.

— Я все придумал. Главное, ты не вызывай подозрений. Береги себя.

Захлопнув дверь, я не сразу смог пойти к машине. Стоял, как загипнотизированный кролик, провожая взглядом уменьшающуюся желтую точку, пока она не растворилась в потоке.

Отмерев, я поехал в ту больницу, в которую привез Ладу. Мне нужен был док, который не побоялся со мной пободаться.

Теперь вопрос – как его зовут? Прийти и сказать:«Позовите мне доктора», так пригласят из Кащенко. Черт! Внимательней к людям нужно относиться. Мы с ним не знакомились, хотя теперь сожалею, что не отблагодарил за Ладу.

Выдернув ключ, я закрыл глаза, в деталях восстанавливая наш не очень дружественный диалог. Лицо, волосы, халат. Бейджик! Ассоциации…Я подумал, что он тезка моего тренера. Олег! С отчеством никаких зацепок. Фамилия почти как Топоров, но я подумал, что связи с топором нет. Еще раз. Он выпячивает грудь и, как бойцовский петух, готов идти на меня с кулаками. Топоров, но не Топоров? Торопов! Фух! Можешь, Даня, когда хочешь! Рот разъехался в счастливой улыбке до ушей – голос Дюймовочки и ее ласковое, сбивающее дыхание и путающее мысли «Даня!» согрели, как лучик солнца.

Теперь отыскать нужного человека не составит труда. После встречи с Ладой определенно все начало ладиться. Удержав себя от построения дальнейшей цепочки, я надел бахилы с халатом и пошел искать ординаторскую, где, как мне сказали, может быть Торопов.

Определенно, у меня самое настоящее обострение совестливости – хоть вроде и разобрались, но я испытываю чувство неловкости за свою борзоту. Ведь нормальный мужик же оказался! Не зря говорят – не плюй в колодец.

— Можно? – приоткрыв дверь, засовываю голову.

— Это вы? – Торопов, очевидно, привык уже ко многому здесь, поэтому мое появление не вызвало у него никакого удивления. Во всяком случае, в голосе его не было. – Только не говорите, что еще кого–то сбили.

— Не, док, я не военный летчик! У меня другая печаль. Без вас никак, – черт, как же трудно просить! У меня язык прилипал к небу, хотя я пришел не христарадничать, а с вполне выгодным предложением.

Торопов молча указал рукой на стул и посмотрел, как на пациента. Причем что –то мне подсказывало, как на пациента психушки. И это я еще ничего не сказал!

— У меня есть взаимовыгодное предложение. Когда я привез сюда Ладу, я пообещал себе построить тут часовню. Теперь я хочу сделать более полезное для здравоохранения дело. Хочу построить небольшую частную клинику, половина коек в которой будет бесплатной, потому что их финансирование будет осуществляться за счет платных. Отсюда же зарплата врачей и обеспечение жизнедеятельности. Сверхприбылей, думаю, не будет. Добавим социальную аптеку, а сами знаете, что там, даже при самых бросовых ценах оборот будет хороший.