Книга Пустое сердце Матвея. Часть 2, страница 21 – Ашира Хаан

— Ты чего? — остановили его девчонки. — Там же просрочка одна!

И укатили с самой большой телегой.

А он остался в алкогольном отделе думать о том, когда вдруг стал называть их в своих мыслях «девчонками».

Глаза по-прежнему видели немолодых и не очень красивых теток — кто-то без зуба-другого, кто-то весом под сотню, кто-то с редеющими волосами. А изнутри уже прорвалось узнавание.

Дашка-цыганка, которая хвасталась, что в ней намешано сорок разных кровей. С годами стало ясно, что больше всего еврейской.

Олюшка, которая, по слухам, в одиннадцатом классе спала с ментовским генералом — а сейчас замужем за дальнобойщиком на десять лет младше.

Настенька, восторженная поэтесса, не от мира сего, которой обещали, что она станет легендой своего поколения — а стала многодетной матерью.

Общими силами рачительно собрали «хорошие, качественные продукты». Матвей удвоил количество упаковок, доложил туда нормального алкоголя, особенно напирая на коньяк.

Заплатил за все сам, отмахнувшись от «скидываемся по…»

Парни потом по одному подходили, совали купюры.

— Нехорошо, что ты один проставляешься.

— Забей, я это бабло наворовал, — кривился Матвей.

От этих честных порывов было еще мерзее. Ему были рады не потому, что «барин» приехал и всех накормил. А как будто по-настоящему. И позвали его с собой не ради деликатесов, а реально ради компании.

Хотелось крикнуть — вы что, идиоты?

Вы не помните, как я вас ненавидел?

Как ходил везде в одиночестве во всем черном и с перстнем-когтем, как гребаный принц-полукровка, выебывался на все деньги?

Как рассказывал, что задушил подушкой умирающую бабушку, чтобы получить свою комнату? И смотрел в глаза настоящей смерти, когда вы видели трупы только в кино?

Как заявлял гордо, что да, в свои восемнадцать все еще девственник, потому что — а с кем? С этими дешевыми шалавами?

У «этих шалав» уже были внуки, чьи фото они показывали классухе, которая умудрялась отличать младенцев между собой и ворковать:

— Как на бабушку похож! А у тебя, Демидова, точно на сынулю! Точнее, на отца его. Думаешь, никто не знал, от кого ты залетела тогда?

Матвей, когда ехал сюда в новогоднюю ночь, конечно, задумался, что по традиции надо бы загулять с какой-нибудь из неприступных королев класса. По традиции встреч одноклассников. Трахаться с ней в единственной гостинице города и жаловаться на жену, пока она одевается.

Но было не с кем. Вокруг — одни почтенные матери семейств, рассуждающие об аморальности современной культуры. У одной варикоз, у другой диабет, третья горстями по будильнику пьет таблетки, не признаваясь, от чего. И все выглядят, ну…

Как выглядят обычные сорокалетние женщины.

Он привык к другому.

Реально — не с кем. Если какая ровесница и осталась незамужней и свежей, из родного города она сбежала, как и он когда-то.

— Аленка в Москве в банке работает, знаешь? Не сталкивался с ней?

Только люди из провинциального города могут задать такой вопрос. Не сталкивался ли ты в пятнадцатимиллионной Москве с Аленой, которую последний раз видел, когда ей было семнадцать?

Да может даже и трахался, но как теперь узнать?

Вслух он ответил другое.

— Покажи фотку, что ли.

Фотку ему показали. На ней была хоть и ухоженная и вполне ничего себе дама, но совершенно незнакомая.