Книга Затаив дыхание, страница 60 – Кристина Лин

— Люблю тебя, — слышу едва различимый шепот возле уха. Но сейчас я не уверена, что услышала верно. Может, мне это кажется?

Он ускоряется, двигаясь все сильнее. И я распадаюсь на части, достигая пика во второй раз. Тут же слышу его хриплый стон и ощущаю, как он кончает в меня. Поднимается на руках и обессиленно падает на кровать рядом со мной.

Отголоски оргазма отступают, медленно возвращая сознание в реальности. И я чувствую горечь и злость на себя за то, что не могу противостоять ему. Чтобы он не делал, как бы не поступал со мной, мое тело всегда чувствует его, подчиняясь малейшей ласке. Я знаю, что не должна позволять ему, не должна была… Но он смог приручить меня, сделал своей послушной игрушкой. И мне горько и обидно осознавать это. Он украл у меня свободу, украл мою жизнь. Я с ним не потому, что так захотела, а потому, что у меня нет выбора. Он не дал мне его! Он все решил за меня, даже не спросив, чего я хочу.

Сейчас я не спрашиваю себя, что бы я сделала, если бы этот выбор у меня был. Осталась бы с ним, если бы могла решать? Я просто злюсь на него за то, что отнял у меня право принять свое решение. И ненавижу себя за свою слабость к нему.

Мужчина поворачивается ко мне, приподнимается на локте. Он гладит меня подушечками пальцев, проводит рукой по ключицам и ложбинке между грудей. И кожу тут же покрывает волна мурашек, заставляя меня ненавидеть себя за эту реакцию.

Максим смотрит на меня с нежностью и любовью. Сейчас в его взгляде нет привычной агрессии и давящей силы. Он похож на обычного мужчину, довольного жизнью. Но моя злость на себя за покорную готовность моего тела всегда принадлежать ему перекрывает волшебство момента. Я просто не понимаю, как мне оставаться собой, когда тело готово полностью раствориться в нем. И от этого так горько, словно я уже себя теряю.

— Ненавижу, — цежу сквозь зубы.

Максим замирает. На его лице отражается целая гамма эмоций. Он выглядит так, словно ему на голову вылили ведро холодной воды.

— Лена, — говорит он растерянно. Я отворачиваюсь, стараясь не смотреть на него.

Закрываю глаза, чувствуя, как слеза катится по щеке и падает на простыню. Мне нужно не видеть его сейчас, не чувствовать его вкус, не ощущать запах. Я потерялась в нем, растворилась, меня больше нет. И нужно время, чтобы отыскать ту Лену, которая была до встречи с ним. Он слишком сильный и его слишком много в моей жизни, в которой больше не осталось ничего. И самой жизни больше нет, он все забрал себе.

Слышу шорох одежды, и через несколько секунд хлопает дверь в комнате. Он ушел. А я так и осталась лежать, чувствуя себя беспомощной и жалкой.

Максим вышел из спальни и отправился в кабинет. Усевшись в кресло, он опустил голову на сложенные на столе руки.

Сердце гулко стучало, отбивая удары, словно оставшиеся секунды. Никогда раньше он не чувствовал такой душевной боли. Да, он давно решил, что у него нет души. Или она так глубоко спрятана, что до нее не добраться. А теперь оказалось, что все, что он думал о себе раньше, неправда. Лена одним своим взглядам будила в нем такие струны, о наличии которых он раньше не догадывался. И теперь, ощущая столько всего сразу, от страха до бешеной жажды, он не понимал, что делать.

Максим много раз участвовал в стычках и разборках, сотни раз получал кулаком в лицо и в живот, на нем были синяки, порезы от ножа, бывали и пулевые ранения. Но никогда раньше ему не было так больно. Словно кто-то живьем сорвал кожу и сжал сердце в кулак.