Книга Любовь, рожденная в аду, страница 94 – Светлана Тимина

А Джулии впервые захотелось не сопротивляться. Потому что сил у нее уже банально не оставалось. Она знала, что Кей все равно возьмет свое, ей не сдержаться на этом пике под пронизывающим ветром.

Оргазм накрыл ее в этот раз не как торнадо. Скорее – как волны, не штормовые, но и не ласковые. Вынужденные – словно ей некуда было деться из-под этой стихии.

Кей впился в ее губы и с хриплым рычанием излился в ее дрожащее тело.

Джули закрыла глаза. Поблагодарила мысленно своего мучителя за то, что заставил ее выпить таблетку от зачатия. Только бы сработало.

Кей склонил голову ей на плечо, оставаясь внутри ее тела.

— Больше не борешься со мной. Поняла, что может быть по-хорошему?

— Да, - отворачивая голову, дрожащими губами проговорила Джулия.

— Твоя дерзость стоила твоих страданий?

— Нет, - внутри сжалось, но Джулии было легко говорить то, что он хотел услышать.

Это экономило силы и отдаляло ее от того момента, когда она не выдержит и расплачется в ее руках.

Сон долго не шел. Она старалась не шевелиться. Но когда погружалась в полудрему, неосознанно меняла положение тела, ощущая член Кастелло внутри.

И ее монстр просыпался в ту же минуту, продолжая ритмичные толчки, поцелуи, от которых у нее перехватывало дыхание в который раз, а оргазм накрывал несмотря на все усилия сознания и тела держаться и не сдаваться.

К утру ( или другому отрезку времени, потому что часов по-прежнему не было), Джулия, окончательно вымотанная удовольствием и вынужденной необходимостью отпустить ситуацию, провалилась в глубокий сон.

Но, наверное, он все же был частично поверхностным. Потому что она чувствовала, как он слегка пульсирует внутри ее киски, как рука, сжатая в кулак, держит цепь, а по телу разливается давно забытая расслабленность.

Усталость была приятной.

А слова, долетающие сквозь вату, пусть и окрашенные негативным оттенком в эпитетах… при желании можно было понять, что-то про проникновение глубоко в сердце.

Да, в странные игры играет подсознание в первые минуты сна.

Комната дышала тишиной.

И к ее огромному облегчению – тишиной без Кея Кастелло

Воздух стоял тяжёлый, неподвижный, будто сам ждал чего-то.

Джулия проснулась, не сразу понимая, где находится. Сердце ещё отбивало ритм прошедшей ночи — долгие, жаркие, болезненно сладкие прикосновения Кея. Её тело всё ещё отзывалось на память о них, пульсировало в самых запретных местах, а разум бунтовал.

Она лежала на спине, глядя в потолок.

"Я сдаюсь, — подумала она. — Он подчиняет меня. Тело — предатель, оно уже не спрашивает разрешения".

От этого осознания стало мерзко. Хотелось вырвать из себя воспоминания, как испорченную ткань. Но чем сильнее она старалась забыть, тем ярче возвращались образы: его дыхание, кожа, низкий голос, шёпот, который выжигал все границы.

Она зажмурилась, сжав кулаки.

— Проклятье, — прошептала. – За такое… мало приговорить к смерти.

Шаги за дверью заставили ее настороженно вздрогнуть и поспешно натянуть платье. С некоторых пор Джули научилась распознавать своего мучителя по шагам. Но шаги в этот раз ему не принадлежали.

Электронный замок издал сигнал. Вошёл охранник. Тот самый, в чёрной одежде и с маской, всегда безмолвный.

Он поставил поднос на стол, как обычно, но сегодня в его движениях было что-то иное — неровность, злость, будто он сдерживал себя. Мужчина огладывался по сторонам. Его взгляд упал на смятую постель… и на – проклятье – ошейник с цепью.