Книга Любовь, рожденная в аду, страница 67 – Светлана Тимина

— Знаешь, зачем мы здесь? – спросил сухо отец.

Кей не мог говорить. Он кинулся к связанному и окровавленному товарищу, но отец с силой ударил его в живот.

— Не сметь. Ты знаешь, что должен сделать. Партию оружия перехватили наши конкуренты, и нам ее уже не достать. Энцо должен был руководить операцией. Он не справился.

— Нет… ты же сам велел ему быть в другом месте… Папа, прекрати, - уже понимая, чем все закончится, прохрипел Кей.

— Я мог велеть ему все то угодно. Хоть в ад провалиться. Но если доверенный человек не справился, набрал не ту команду, не просчитал все риски – это плевок в лицо. Мне. Тебе . Нашей семье. Ты понимаешь последствия, Кайро? Это как на бирже. Акции клана Кастелло – его авторитет и место в и иерархии – теперь объект насмешек. Это то, что смоет только кровь.

И, толкнув в спину Кея, который ощутил, как земля исчезает под ногами, безжалостно произнёс:

— Один выстрел. Чтобы не мучился. Ты же не позволишь другу умирать мучительной смертью.

— Нет! – кровь ударила молодому Кастелло в виски. – Отец, дай нам время. Освободи его. Я клянусь честью нашей семьи, что мы все исправим. Мы прямо сейчас отберем наш товар любой ценой. Еще не поздно, я работаю уже над этим. Но без Энцо мне не справиться. Останови это!

— Упрямый. Как и его мать была когда-то, пока я не показал, что ее место – рожать и молчать. – старший Кастелло махнул рукой. – раскалите арматуру и бейте его как копьем. Чтобы не истек кровью раньше времени. А ты, Кейро, смотри и не смей отворачиваться. Ты же не можешь спасти своего лучшего друга от боли…

Псам отца не надо было повторять дважды – проигравших сразу отменяют в самом сознании, несмотря на то, что ранее Энцо даже спас жизнь одного из них. Раскалили автоген, заставляя смотреть, как прутья становятся красными.

— Давай, - в руки Кея лег револьвер. – Ты сам все понимаешь. Он не жилец. Но я умею быть милосердным. Избавь его от страданий сам.

Мир разлетелся на осколки. Понимая, что ему сейчас придется сделать самый ужасный выбор в своей жизни, Кей шагнул вперед.

Энцо поднял голову. Губы разбиты, один глаз заплыл. Но в нем был этот взгляд.

Не покорность судьбе. Скорее какое-то рациональное осознание. Он умирал не сломленным, хотя ему было страшно, как и Кею.

Он не умолял. Но мольба и надежда все же была в глазах друга. Словно Кей мог что-то решить тогда.

— Прости, - прорыдал он в пустоту и спустил курок.

Его вырвало почти сразу, хотя на друга, который упал на бок с зияющей раной в виске. Он не смотрел.

Отец подошел к сыну и потрепал его по затылку в скупом выражении родительской ласки.

— Молодец. Ты подарил ему милость, убив сразу. Не смей рыдать. Не при них!

Кей почти его не слышал. Кастелло старший рывком за ворот пиджака поднял сына на ноги.

— Я сказал, не смей. Разрешаю напиться сегодня и порвать парочку шлюх. Но завтра чтобы был как штык в порту. А оружие, я тут подумал – его действительно можно вернуть… Завтра этим и займемся.

Словно в полусне от шока, Кейро Кастелло снял свой пиджак. Шатаясь, подошел к бездыханному другу и накрыл его таканью.

…Он даже не понял, что спустя столько лет слезы все еще текут по лицу. Что луна плещется в водах залива все так же невозмутимо, словно ее уже не трогает все, что она повидала на своем веку.