Книга Брусничная любовь воеводы, страница 67 – Натали Берд

— Что здесь делаешь? — вместо приветствия прошла мимо, направляясь на кухню, с одним желанием — Поставить на печь, заряженную магией, чайник. В доме было прохладно, хоть и вроде лето на дворе, поэтому кружка горячего травяного настоя не помешает, тем более спать мне уже точно не дадут.

Мужчина пошел следом, остановившись на пороге, подперев мощным плечом косяк, сложив руки на груди.

— Мириться пришел, пока никого рядом нет. Ты меня вчера поняла неправильно, вот готов объясниться. — С шутливым тоном не вязалось серьезное лицо мужчины.

— Чай будешь? — потянулась доставать кружки с верхней полки, замирая, только сейчас поняла, что вышла к мужчине в одной тонкой ночной сорочке, хоть и прикрытой большим платком.

Даже не обладая бурной фантазией, можно рассмотреть все подробности, при желании.

— Ой, прости! — попыталась запахнуть поплотнее платок, держа в руках глиняные кружки, — Я сейчас, ты пока кипятка разлей, да вон из того чайничка — травяного отвара добавь. Нет здесь у вас кофе. А ты мне так и не принес, обещанного и в этом мире много лет приходится ждать. Да?

— Буду! Давай помогу. — Кощей уже рядом, осторожно забирает у меня кружки, при этом будто случайно, меня касаясь. — Ступай, переоденься. Понятно, что гостей не ждала. — Отвернулся, пряча глаза, и добавил: — Я не смотрел.

При этом на его скулах проступают красные пятна — врет и краснеет!

Мне тоже неловко и я разворачиваюсь, чтобы уйти, едва не врезаясь в мощную грудь Ярослава, спокойно входящего в кухню.

Его лицо тут же становится непроницаемым, а когда он еще замечает в каком я виде, то и вообще темнеет.

— Доброе утро! — мой звонкий голос разрезает, словно нож — масло, мгновенно наступившую тишину.

— Доброе. — Ярослав хмуро глядит перед собой. — Смотрю, ты уже не одна, Ксания, или он и не уходил вовсе? — Воевода впился взглядом в Кощея, на его скулах заходили желваки.

— Чай с нами пить будешь? — ставя с легким стуком на стол уже три кружки, как ни в чем не бывало, спросил у воеводы Кощей. Затем взглянул на меня и добавил: — Угомонись, Яр. Вон, Ксания меня пригласила почаевничать. Утром я пришел, извиняться. Пока другие спят. Но, оказывается, не я один такой догадливый.

— Ксания! — Воевода резко развернулся, делая шаг в мою сторону, а я быстро скользнула в свою комнату, намеренно громко, задвинув деревянный засов на двери. Нечего к незамужним в опочивальню без стука входить.

Я прислушивалась к тишине, царившей в доме, пока быстро переодевалась в хлопковую белую блузу с длинным рукавом, стянутым по краю завязками, да цветастую льняную юбку в пол, перевязав талию ярко-зеленой лентой, в тон ажурной вышивке, вившейся по горловине блузы.

Глянула придирчиво на себя в зеркало, и, оставшись довольной отражением, вышла к мужчинам, мирно сидевшим за большим столом.

— Доброго утра, хозяйка! — Прогудел Ярослав, словно не было всего несколько минут назад неприветливой встречи.

— Оно было бы добрым, если бы вы не разбудили меня так рано. — Все-таки должна была выразить свое раздражение, да показать, что спозаранку незваным гостям в этом доме не рады.

— Прости нас. — Оба поднялись со скамьи. — Полоз с Гарольдом остался — тот слаб пока. Меня вот одного отправили. — Начал воевода, остро глянув на Кощея.

— А Фазиль где? — кивнула согласно, опускаясь на табурет, затянутый тканью, беря в холодные пальцы кружку, наполненную до краев ароматным травяным взваром.