Книга Брусничная любовь воеводы, страница 65 – Натали Берд

Развернулась к мужчинам, подбоченилась и продолжила: — Всех вас прошу освободить территорию. Мой это дом. Не я сюда просилась. Сами меня призвали, верно? Нужна я вам для чего-то. — Видя, как переглянулись между собой Ярослав с Полозом, поняла, что права. — Так вот! Это теперь мой дом. Поэтому вон отсюда! Все! Завтра говорить будем. Сил моих больше нет. И еще — врать будете, пожалеете. Все понятно?

Что буду делать, конечно, не знала, но точно придумаю, время еще есть.

Я еще вся кипела негодованием, когда болото вдалеке ухнуло, приводя меня в чувство, обещала же Водяному придумать что-то, а для этого мне Кощей или Полоз нужен. Неправильно будет возвращать тех, кого только что отправила. Поэтому, передернув плечами, гордо пошла к дому, бросив через плечо: — Завтра встретимся. Гарольда не забудьте! — Подошла к Зорянке, ухватив ее за ручку, утащила за собой на кухню, закрыв дверь, для надежности еще и засов подвинула. — Фух!

Зорянка испуганно на меня смотрела, не говоря ни слова и не пытаясь сдвинуться с места. Ее глазенки блестели в сумраке кухни. Она просто стояла и ждала, что дальше будет.

Мне следовало быть сдержаннее, — ребенок был явно напуган, хоть и пытался всем своим видом этого не показывать. Но странно — я чувствовала страх Зорянки, буквально вибрировавший вокруг худенького детского тельца.

Мгновенно стало стыдно, и я не придумала ничего другого, как предложить сделать то, что умею лучше всего: — А давай напечем блинов с малиновым вареньем? — легко подхватила на руки девочку, целуя в бледную щечку. — Что-то ты у меня совсем худенькая. Вон, ветерок поднимется и унесет. Кушать нужно.

Ребенок надул пухлые губки, внимательно на меня посмотрел, а затем, обвив ручками-ниточками шею, прошептал: — Тогда не буду во двор выходить. Не хочу от тебя улетать!

Я рассмеялась, сглатывая тугой комок, мгновенно вставший в горле.

— Тогда умываться! — скомандовала, внося ее в уборную и ставя на ножки. — Давай сначала смоем пыль и грязь, поедим и будем в твоей комнате красоту наводить, согласна?

— Да! — Просияла Зорянка, тут же подсовывая намыленные ладошки под тугую струю теплой воды.

День плавно перетекал в вечер, когда мы, наконец, добрались, сытые и довольные, до комнаты девочки.

— Что-то вид у покоев какой-то взрослый, не находишь? — спросила, оглядываясь по сторонам.

Пустой деревянный шкаф, кровать, застеленная серой холстиной, табурет у окна и небольшой стол на трех ножках, стоявший в углу комнаты — Знаешь, здесь не хватает цвета. Может, покрасим мебель в розовый цвет или обойдемся яркими занавесками?

Зорянка удивленно подняла бровки, сморщила курносый нос и пошевелила губами. Я едва сумела скрыть улыбку, чтобы не обидеть ребенка, только не удержалась — поцеловала быстро в макушку, да подошла к окну, задвинуть плотные занавески.

Темнота за окном густела, а вместе с ней просыпались мои постоянные страхи — всегда казалось, что из ночной черноты на меня смотрят неизвестные чудовища. Здесь — он лишь усилился. Нечисти вокруг было предостаточно.

— Давай, рассказывай, чего тебе хочется? — развернулась к девочке. Она вышла в центр комнаты, начиная крутиться вокруг, пристально рассматривая стены, мебель, потолок.

— А как можно? — наконец спросила, остановившись.