Книга Ошибка реинкарнации, страница 38 – Дмитрий Вектор

Он обернулся ко мне. В его глазах не было ни вчерашней уязвимости, ни того обжигающего тепла, которое едва не спровоцировало мой сердечный приступ. Ледяной бог вернулся на свой пьедестал.

— Вы стоите, — констатировала я, чувствуя укол разочарования. Впрочем, чего я ожидала? Что он принесет мне кофе в постель и споет серенаду? Мы в жанре Уся, детка. Здесь эмоции прячут глубже, чем государственную казну. — Как ваш бок, босс?

— Моя ци стабильна. Твое вмешательство было эффективным, — сухо ответил он. — Приведи себя в порядок, Линь Юэ. Старейшины уже ждут нас в Зале Высшего Суда. Время подводить итоги.

Я глубоко вздохнула, собирая волю в кулак.

— Аудит начался. Идем защищать наш квартальный отчет.

Через час мы стояли в полумраке Зала Высшего Суда на Пике Холодного Облака.

Атмосфера была такой тяжелой, что ее можно было резать топором. Трое Старейшин восседали на своих возвышениях. Старейшина Мо, главный инквизитор этого заведения, смотрел на меня с таким предвкушением, словно я была праздничной уткой по-пекински, а он — очень голодным человеком.

Но у меня был козырь в рукаве. Точнее, маленькая, прелестная партнерша с сюжетной броней.

Сяо Мэй стояла чуть поодаль, нервно теребя ленту на поясе.

— Старейшина Линь Юэ! — прогремел голос Мо, отражаясь от сводчатого потолка. — Три дня истекли. Следствие завершено. Целители проверили ауру ученицы Сяо Мэй.

Он сделал драматическую паузу, явно наслаждаясь моментом.

— В ее меридианах не обнаружено следов «Дыхания Ледяной Вдовы». Лишь остаточные эманации «Сонной Росы Иллюзий». Как ты и утверждала.

Я скромно опустила глаза в пол, изображая раскаяние.

— Однако! — Мо стукнул посохом так, что затряслись курильницы с благовониями. — Использование алхимии на соученике без его ведома — тягчайшее преступление! Твои мотивы — ревность и неконтролируемая похоть к Грандмастеру — позорят чистоту Белого Лотоса! Смертная казнь заменяется на изгнание с отсечением духовного ядра!

В зале повисла мертвая тишина. Отсечение ядра — это конец. Это превращение культиватора в инвалида, который умрет от простуды через пару месяцев.

Я бросила быстрый взгляд на Сяо Мэй и чуть заметно кивнула. Твой выход, партнер.

Девушка выступила вперед, грациозно упав на колени перед Советом.

— Уважаемые Старейшины! — ее голос, обычно тихий и робкий, сейчас звенел уверенностью. Мои уроки ораторского искусства не прошли даром. — Учение нашего клана гласит: «Милосердие — это меч, рубящий карму». Старейшина Линь Юэ совершила ошибку из-за помрачения рассудка. Но я жива. Я не держу на нее зла. Более того, вчера на Фестивале она рисковала своей жизнью, чтобы защитить моего Шицзуня от Синдиката Теней! Разве может человек с черным сердцем совершить такой поступок? Умоляю, проявите снисхождение!

Старейшина Мо поперхнулся воздухом. Он уставился на Сяо Мэй так, словно у нее выросли рога. Главная жертва защищает свою убийцу? Этот шаблон рвал шаблоны всего клана.

— Она она спасла Грандмастера? — пробормотал Старейшина-юрист, поправляя очки.

Все взгляды скрестились на Шэнь Цзыжане. Он стоял идеально ровно, как мраморная колонна.

— Это правда, — его голос был спокойным, но разнесся по всему залу. — Вчера Синдикат Теней совершил покушение. Линь Юэ не сбежала. Она обезвредила троих наемников и — он сделал микроскопическую паузу, — вывела яд из моего тела. Ее духовное ядро очистилось. Оно больше не излучает тьму.