Книга Порченая для ледяного дракона, страница 116 – Анна Батлук

Вот только перчаток в тон платью не нашлось, так что пришлось надеть белые.

Несмотря на то, что в последние дни Расмус был рядом, перед свиданием я очень волновалась. Переделывала три раза прическу, так что в итоге Захария плюнула, бросила кухню и принялась заниматься моими волосами. Гулиру же оставили за главную, так что она даже немного задрала по этому поводу нос.

Расмус прибыл раньше (Гулира доложила, что экипаж прибыл без десяти шесть), но в таверну зашел точно в назначенное время. Он был одет в элегантный серый костюм с легким бежевым оттенком. Пиджак классического кроя с двумя пуговицами и лацканами, слегка приталенный, подчеркивал его фигуру. Белая рубашка с воротником-стойкой и слегка зауженные брюки завершали его образ, из-за которого сердце у меня забилось чаще.

Странно как-то было выходить к Расмусу на глазах у посетителей. Словно бы именно они отправляли меня на важное мероприятие. Но с другой стороны, можно было считать это моментом триумфа. Расмус при виде меня растерялся: продолжал стоять, держа в руках букет, и не шевелился, пока я не подошла ближе.

— Цветы для меня?

— Да, - Расмус отмер. – Прекрасно выглядишь.

— Спасибо, - мы постояли некоторое время, глядя друг на друга. – А цветы все-таки можно забрать?

Удивительное дело, легкий румянец покрыл щеки Расмуса – дак смутился!

Экипаж был дорогой и просторный, но места нам было мало. Расмус не спускал с меня взгляда, и под этим взглядом я чувствовала себя обнаженной. Все боялась случайно дотронуться до Расмуса, жалась к стене, и прятала руки. Выглядело это, наверняка странно, потому что Расмус вдруг спросил:

— Нам следует опасаться?

— Чего это? – я нахмурилась, не понимая, о чем идет речь.

— Ты так напряжена, что я вспоминаю основные опасения Ульриха, - Расмус широко улыбнулся, и улыбка настолько преобразила его лицо, что я залюбовалась, и даже забыла оскорбиться. – Словно если ты прикоснешься ко мне, то сорвешься с цепи.

— Глупости какие.

Расмус наклонился вперед, заглядывая мне в глаза.

— Только не с моей стороны. Ты прекрасна. Настолько, что я забываю как дышать.

Я смутилась и опустила взгляд на руки, сложенные на коленях. Расмус мягко прикоснулся к моем подбородку, заставляя взглянуть на себя, и я потянулась к нему, жаждая поцелуя.

Но распахнулась дверь экипажа и услужливый кучер мигом сунул к нам свой любопытный нос. Ну что сказать: мы на Дальней горе манерам не обучены, всем очень любопытно, что происходит между Верховным даком и местной владелицей таверны.

Я искренне развеселилась и в ресторации вела себя уже свободнее. Захария наказала попробовать несколько блюд и рассказать ей, но так как я физически в себя бы все не вместила, пришлось отдуваться Расмусу. Наш стол был уставлен всевозможными яствами: золотистая корочка запеченых куропаток нежно блестела, подчёркивая тонкую ароматную пряность специй, которыми щедро было приправлено мясо. Маленькие тушки источали тонкий аромат трав и лёгкий дымок, пробуждая аппетит одним лишь видом. На соседней тарелке соблазняла почище Расмуса, свинина с ежевикой: нежнейший вкус мяса гармонично переплетался с кисло-сладкими нотами спелой ежевики, создавая изысканный контраст вкусов и оттенков. Также соблазнительно выглядела и курица под медовым соусом: румяная кожа была покрыта прозрачным янтарём густого мёда, слегка потрескивающим и переливающимся на свету. Мясо казалось нежным, буквально тающим во рту, пропитанное сладостью и лёгкой терпкостью аромата мёда, дополненного едва уловимой пикантностью специй.