Книга Порченая для ледяного дракона, страница 104 – Анна Батлук

Захария привалилась к прилавку, а дак нахмурился:

— К чему такая театральность? Это наши дела, а не человеческие.

Спорно звучит, если учесть, что я человек, но да пусть. Хотелось бы, чтобы все это действо прошло как можно тише, а то слишком много удовольствия для Магрит.

— Я обо всем договорилась. С человеческими властями проблем не возникнет.

— Мофаро – мстительный гад! – пробормотала Захария. Я с ней была полностью согласна. И Магрит обо мне рассказал, и разрешил казнь на городской площади устроить. Надо не забыть сказать Захарии, чтобы не вздумала его после моей смерти на порог таверны пускать.

— Увидимся завтра, - подмигнула мне Магрит и удалилась, покачивая бедрами.

— Свеншард! Свеншард! – вслед ей крикнула Захария, но ничего не произошло. Артефакт активировался только мной.

— Сочувствую, - коснулся моего плеча дак. – Не хотелось бы вас пугать, но о завещании следует позаботиться.

Дак выглядел благоприятно: темный чиновничий мундир, наглухо застегнутый так, что под ним заметна была только белая рубашка, да темные узкие брюки, не очень хорошо выглаженные. Длинные каштановые волосы дака были заплетены в сложную косу, которая спускалась до пояса. Он казался старше Расмуса, смотрел спокойно и без осуждения, так что я схватила его за руку.

— Подождите, - мысли мешались, и я помолчала, собирая себя в кучу. – Что из себя представляет эта битва? Что мне предстоит?

Дак замешкался. Видно было, что ему не хочется отвечать, но и повода сбежать не находится. Я огляделась, желая призвать Захарию в помощницы, но она куда-то подевалась.

— Пожалуйста, расскажите. Мне больше не к кому обратиться.

— Хорошо, - сдался дак. – Присядем?

За столик я прихватила вино, к которому дак отнесся очень благосклонно, и печенье, на которое он внимания не обратил.

— Меня Ингвар зовут, - сообщил дак, наливая себе вина. – Вы будете?

— Нет, - я нервно схватила печеньку. Ситуация страшная, а мне вдруг есть захотелось. – Давайте ближе к делу.

— Давайте. Как вы умудрились перейти дорогу любовнице Ришерцтаха? За обычных даков на битву редко вызывают, а здесь слишком уж лакомый кусок, сразу было понятно, что дара не уступит.

Я едва не подавилась крошками. Прокашлялась и хрипло попросила:

— Я даже не знаю, что это за битва. Как меня будут убивать?

— Зная, что Гешт – род огненных даков, вас скорее всего спалят, - доверительно сообщил Ингвар. – Но может и голову откусить, правилами это не запрещено.

— А у меня какое оружие?

Ингвар развел руками.

— Ваши ногти, зубы и способности. Все в равных условиях.

От изумления я раскрыла рот, забыв, что он полон печенья.

— А где же здесь равные условия, Ингвар? Мои зубы уступают драконьим, как и ногти. Я уже молчу о том, что из способностей у меня только способность громко и противно кричать.

Я сняла перчатку с левой руки и продемонстрировала даку аккуратно подстриженные ноготки. Ингвар равнодушно пожал плечами.

— Изначально битва за любовь даков была прерогативой дракониц. Неважно, знатного рода они были, или нет, значение имело лишь желание уничтожить соперницу.

— То есть величественные даки сидели в своих домах на вершинах гор и ждали, пока одна из женщин погибнет, сражаясь за него? Хороши мужчины, ничего не скажешь.

— Интересный взгляд на ситуацию, - Ингвару нахмурился и бокал отставил в сторону – ему сказанное не понравилось. Я пожалела, что открыла рот – обидится дак, уйдет, и не узнаю я подробности завтрашнего действа. – Но даки всегда сражались за женщин, нам не требуется специальной процедуры. Для дракониц же битва является дозволением, демонстрацией того, что они равны дакам. Сейчас, когда драконов осталось мало, нам приходится соперничать в любви с людьми, так что небольшое преимущество в битве, всего лишь восстановление справедливости.