Книга Эхо Синтры, страница 111 – Дмитрий Вектор

В этот же момент Тьягу и Лара привели в действие свою часть плана. Элвира, находившаяся внизу, в подвале, с силой ударила по старой водопроводной трубе. По всему дому разнёсся оглушительный грохот, похожий на взрыв.

Бастуш, оставшийся в галерее с последним охранником, вскочил.

— Что это было?!

— Не знаю, сеньор! Похоже, в подвале!

И тут же из коридора, ведущего к кабинету, донёсся голос. Громкий, властный, полный потусторонней мощи. Голос Тьягу.

— Бастуш! Предатель! Ты осмелился войти в мой дом! Приди! Приди и сразись со мной, если ты не трус! Приди и возьми то, что, как ты думаешь, принадлежит тебе по праву!

Бастуш замер. С одной стороны — необъяснимый взрыв в подвале. С другой — прямой вызов от призрака, которого он считал беглецом. Его тщеславие боролось со страхом. И тщеславие победило.

— Оставайся здесь! — приказал он последнему охраннику. — Охраняй галерею!

И он один, одержимый жаждой власти, пошёл на зов. Прямо в ловушку.

Тьягу и Лара ждали его в кабинете. Комната была погружена в полумрак. Они стояли в тени, за книжными шкафами.

— Он идёт, — прошептал Тьягу.

Сеньор Бастуш вошёл в кабинет, как актёр на сцену. Он был один. Его лицо выражало смесь жадности, страха и триумфа. Он сделал шаг, и дверь за его спиной с громким стуком захлопнулась, погрузив комнату в почти полную темноту, нарушаемую лишь лунным светом из окна.

— Я знал, что ты здесь, призрак, — сказал он в темноту, его голос слегка дрожал. — Выходи! Покажись! Этот дом больше не твой!

В ответ из темноты раздался спокойный, насмешливый голос Тьягу.

— Ты уверен, Бастуш? Дом, как и старый пёс, помнит своего настоящего хозяина.

Из-за стеллажа вышел Тьягу. Он был без оружия. Его руки были пусты. Он был одет в простую тёмную рубашку и брюки. Он выглядел не как могущественный призрак, а как обычный человек. И это сбило Бастуша с толку.

— Ты… — пролепетал он. — Ты не призрак. Ты… ты просто человек.

— Разочарован? — улыбнулся Тьягу. — Думал, придётся сражаться с легендой? А придётся — с сыном человека, которому ты служил всю жизнь. И которого ты предал.

Ярость исказила лицо Бастуша.

— Я служил не твоему отцу! Я служил силе, которую он боялся! Которую он держал взаперти! Он был слабаком, как и все вы! А я — я достоин этой силы!

Он вскинул пистолет.

— Где камень?! Отдай его мне!

— Камень? — Тьягу сделал вид, что удивлён. — Ах, этот… шумный булыжник? Боюсь, он немного… расплавился.

Он сделал шаг в сторону, открывая Бастушу вид на книжную полку, скрывавшую сейф.

— Но его сила… его эхо… оно всё ещё здесь. В сейфе. Чувствуешь?

Бастуш сделал шаг к сейфу. Его глаза горели безумным огнём. Он был одержим. Он уже не видел Тьягу. Он видел лишь свою цель. Он подошёл к полке и оттолкнул её в сторону.

— Как его открыть?! — прорычал он.

— Ты же знаешь, — усмехнулся Тьягу. — Код. День рождения Леонор.

Бастуш, дрожа от нетерпения, начал поворачивать лимб. И в тот момент, когда он был полностью поглощён этим занятием, из-за другого стеллажа, с противоположной стороны, вышла Лара. В её руках была не сковородка. В её руках был старинный арбалет, который они нашли в оружейной комнате. Она молча навела его на Бастуша.

— Не двигаться, — её голос был холоден как лёд.

Бастуш замер. Он медленно обернулся. Он увидел Лару с арбалетом, затем Тьягу, который стоял, скрестив руки на груди, с насмешливой улыбкой.