Книга После развода. Вот она любовь, окаянная, страница 82 – Элен Блио

Заходит Маруся у неё в руках роскошный букет роз и пакет.

— Добрый день, не помешала? Зашла узнать, как вы тут и кое-что передать.

Надеюсь, вам понравится.

Мы с Полиной переглядываемся, дочь глаза закатывает.

— Вот, держите, он, правда, тяжелый, но там записка. А в пакете фрукты и ягода, я посмотрела — вам всё можно, хотя клубника и малина аллергены, но сейчас все доктора считают, что лучше во время беременности себя не ограничивать, чтобы малыш привыкал к разному виду пищи.

— ОЙ, я не ограничиваю, - смеюсь я, даже слюна начинает выделяться, так хочется малины. — Полина, помоешь ягоды.

— Да, мам, конечно, ты записку почитаешь?

— Почитаю, не переживай.

Я не в том состоянии, чтобы рвать письма и отказываться от подарков, хочет —пусть дарит! Мне-то что? Его желания. А я... нравится мне сейчас его забота —приму. Не понравится — ну, извините.

Беременных обижать нельзя! Вот главное, что я запомнила и выучила. И он пусть выучит.

Маруся прощается, уходит Полина идёт в санузел чтобы помыть малину, а я достаю записку.

Почему так руки трясутся? Что со мной?

Я всё уже для себя решила. Или нет?

Я живу своей жизнью, а Ян... Ну, пусть попытается снова меня завоевать. Так?

«Я люблю тебя, Ленка, прости меня».

Так просто и понятно.

Почему же я тогда реву? Мне же нельзя?

Чёртовы гормоны.

Или не в гормонах дело, просто я вот такая и всё тут?

Просто... может я слишком долго ждала этого признания? Так долго, что уже потеряла надежду и оно мне не нужно?

Я привыкла жить без него.

И тогда, двадцать лет назад. И сейчас.

Конечно, я не думала о нём двадцать лет! Не страдала. Я же не дура? Я полюбила другого, вышла замуж, была счастлива.

Конечно, я вспоминала Яна.

Вспоминала!

Иногда представляла, а что бы у нас с ним могло быть?

А разве другие не представляют? Те, кто пережил сильное чувство, кто расстался с первой любовью. Или второй. Разве не думают, хоть иногда, а что, если бы всё пошло не так?

Если бы тогда я поверила ему? Плюнула на всё, поехала бы в Китай.

Как было бы?

— Мам, ты чего? Мамуль, плохо, врача позвать?

— Нет, нет... всё... нормально.

— Мам, он что-то плохое написал?

— Да нет, хорошее, только.

Опоздал на двадцать лет.

Или на шесть месяцев.

Не знаю.

— Мам, дай ему шанс. Пожалуйста. Дай шанс вашему сыну.

Улыбаюсь дочке, глажу её по руке.

— Где моя малина?

— Вот, ешь. Только не много, а то вдруг высыпет..

— Никогда у меня не было аллергии на малину, с чего высыпет? Хочу и ем.

Вздыхаю. Да уж. Хочу.

Хочу и принимаю человека в свою жизнь, хочу и не принимаю.

Посмотрим.

Полина уходит, мне ставят очередную капельницу, отдыхаю, а потом…

Потом приходит не обычный посетитель.

— Лена? Привет! Я пришёл...

Господи, кто его сюда пустил?

Смотрю на бывшего мужа и…и мне странно.

Странно, что он такой... чужой, что ли?

Мне казалось, что мы всегда будет родными.

Даже когда мы еще жили не тужили, всё было нормально, стабильно, и ничего не предвещало ни расставания, ни развода — по крайней мере с моей стороны — я всё равно нет-нет и думала: а что, если?

Что если мы разойдёмся как в море корабли?

Расхожая фраза, которая так точно выражает ситуацию.

Тогда мне казалось, что даже если мы с Никитой разойдёмся всё равно останемся привязанными друг к другу.

Где-то я слышала даже такое выражение — глубокие родственники. И считала его справедливым.