Книга Отогрею твою душу, страница 91 – Евгения Чащина

— Никто и не хочет ссориться, Сага, — улыбаюсь и смотрю на Вартана. — Да, друг? Чо приуныл?

— Не обращай внимания, — горько хмыкает и плещет в бокалы очередную порцию коньяка и салютует, — за любовь, мужики.

Я зыркаю на Сагу, который смотрит на Вартана, подношу коньяк к губам, делаю глоток. Боюсь задавать следующий вопрос, но не задать не могу.

— Варта, ты в порядке?

— Люба меня спалила, — смотрит на меня.

— Ауч, — присаживаюсь на кресло, глядя на него в упор. — Как блин?

— Я это пытаюсь узнать, кто-то сдал, — хмыкает и расколачивает в бокале остатки алкоголя, — ты же наших баб в офисе знаешь.

— Зараза, — поджимаю губы. — Бля, Варта, ну, тебя что, ничему жизнь не учит?

Сагалов молчит, вижу, что на нас не смотрит, и ему явно нечего Вартану сказать по этому поводу.

Стася запретная тема для них, да и Вартан понимает, что за свое Сага убьет без раздумий.

— Она ни чем не обделена, пусть ценит то, что имеет.

— Гм, — задумчиво смотрю на него.

Ни чем не обделена… Ну как сказать. Кроме любви мужа. Обычного женского счастья. Внимания в мелочах. Она же видела его в прошлом браке. Видела его со Стасей. Каким мужем он может быть. И он не мудак, обеспечивает, безделушками задаривает… но разве этого достаточно? Когда отдачи нет. Взаимности нет. И когда я прекрасно видел его последний срыв. Он может думать сколько угодно, что он рад за Илью и Стасю. Но он не отпустил Стасю. Один амулет чего стоит. Найти ту женщину, по всей стране, я же долбал его потом, она переехала в противоположную часть нашей необъятной, это иголка в стоге сена, и все ради неё. И Люба это видела. На что он готов пойти ради неё.

— Мужик, с этой хуйней надо завязывать, — хмурюсь, сделав большой глоток коньяка.

— Какого хуя, Григорян?! — гаркнул Илья и соскочил с места. — Нахуя было жениться, если Люба не то пальто?

Вижу, что сжал кулаки, а Вартан иронично хмыкнул. Зря конечно он так сделал.

— Что ты хочешь услышать?!

Гурам

Сагалов схватил его за грудки и вырвал с кресла.

— Я тебя щас убью и этот дом сожгу!

Я резко подрываюсь на ноги, но не успеваю, кулак Сагалова уже приземляется в скулу Варте. Граната, которая лежала с оторванным фитилем столько лет, наконец рванула. Сага заносит руку во второй раз, но в этот раз я успеваю. Ладонью перехватываю кулак этого медведя и останавливаю удар, на что уходят буквально все мои силы. Сагалов в гневе — это стихия. Он итак самый кабан из нас троих, ещё и бешеный в придачу. Я в лотерею прям выиграл.

— Достаточно! — гаркнул громко, удерживая Сагалова и пытаясь оттолкнуть его. Да четра с два ты эту гору с места сдвинешь.

Я и так был самый мелкий из всех, сейчас еще скинул. Зато самый юркий и выносливый, и если придётся — скручу в бараний рог обоих.

— Она твоя жена, Сага. Твоя. Никто не отбирает.

— Конечно, моя, всегда моей была, какого черта, Вартан?! Чего тебе не хватает?! — словно раненый зверь орёт Сага.

— Полегчало? — трет скулу Григорян.

Я отпускаю руку Сагалова и делаю шаг назад, к Вартану, заслоняя его собой.

— Сага. Он этого не выбирал. Ты же знаешь, как это работает. Как и я не выбирал влюбиться в Еву. Это химия, один взгляд и все. И это, блядь, больно. Он никогда не сделал бы и шагу к ней, не пропади ты тогда. Но это произошло. Это часть вашей истории, которую вы все трое должны принять и жить с этим как-то дальше, мужики. Хоть сожги этот дом вместе с нами, но она была его женой тоже. Все, точка.