Книга Отогрею твою душу, страница 78 – Евгения Чащина

Сам жадно сжимаю ее в ручищах, улыбаюсь так широко, что, кажется, щеки треснут. Ждала. Ласточка моя. Снова сжимаю, кажется, задушу её сейчас. И целую, потому что не могу отказать себе в удовольствии. Целую жадно, до умопомрачения, в то время как ноги идут вперед в сторону ванной абсолютно самовольно. Лишь оказавшись в ней, я извиняюсь.

— Прости, малыш, я грязный весь, я нормально не мылся месяца три. Мне физически необходимо сначала сюда.

— У меня для тебя есть подарок, я не могла дождаться этого дня. Ты любишь подарки? — лепечет сбивчиво и виснет на моей шее ещё рьянее, мешая мне нас раздевать.

— Ты мой главный подарок, — целую егозу, которая повисла на мне, как обезьянка. Это умиляет что пиздец, аж яйца сводит. Но я не мыл их нормально слишком давно и пока не приму полноценный душ не могу насладиться ей.

— Ты со мной туда? Или подождешь? Я вонючий, предупреждаю сразу.

Делает шаг назад и улыбается, когда указательными пальчиками тянется к лосинам, поддевает резинку и, виляя бедрами и не разрывая зрительного контакта, стаскивает их к ступням и перешагивает. Черт, это какая-то пытка!

— Тунику и остальное сам, — вжимается в меня всем телом и мурлычет, соприкасаясь носами.

— Убить меня решила, — хмыкаю невесело, потому что в теле начинается бунт. Но я тверд в своем решении. Сначала душ, потом дессерт.

— Чертовка, — рычу у ее губ, хватаю тунику и тяну вверх. Взгляд жадно цепляется за её соблазнительную фигуру. Эти формы сводили по ночам с ума во сне. И сейчас как будто округлились и налились ещё больше.

Взгляд замирает на её сиськах непростительно надолго. Нашла, что показать голодному мужику. Сейчас еще белье испачкаю и точно в душ пойду.

И только я хочу притянуть ее к себе и пошутить про это, как взгляд случайно скользит ниже, и я застываю на месте, как вкопанный.

Ева

Я едва не хлопнулась в обморок, когда на пороге увидела его! Это были мучительные четыре месяца, которые словно пытка. Если бы не поддержка его друзей, давно рехнулась бы. Но выдержала, благодаря им и вере в то, что должна держаться ради того, что он подарил мне.

— Поздравляю, папочка, — шепчу ему в губы и начинаю дрожать.

А с его рта после долгого молчания слетает абсолютно пораженное:

— ДА ну на хуй...

Он тут же спохватывется.

— Прости, любимая.

Лохматит волосы, прижимает ладони ко рту и смотрит так восторженно и с каким-то абсолютным благоговением, что впору засмеяться. Как ребенок, который попал в Диснейленд.

Прижимаю ладошки к лицу и смеюсь, понимаю, что выгляжу чудновато, но я так ждала этого момента. И его ошарашенный взгляд о многом говорит. Он шокирован, так же как и я три месяца назад, когда месячные не пришли в срок. Они задерживались, а я все списывала на стрес и слезы. Но когда они не пришли и на следующий месяц, я поняла, что во мне зародилось маленькое чудо. Его чудо, которое он оставил мне. Ради малышика я старалась плакать реже, боялась, что сорвётся эта долгожданная беременность. Я даже Стасе ничего не сказала. Меня спасало то, что я жила одна, у меня не было токсикоза, но я много ела и много гуляла, много читала и тщательно выбирала приданое ребенку. Я верила в то, что Гурам скоро вернётся и обязательно вольётся на одну волну со мной и скупит полмпгазина к рождению крохи.