Книга Его пленница. На грани ненависти, страница 86 – Дарья Милова

Я даже не помню, как распахнула дверь и выскочила из машины. Мир сузился до одного лица. Моё дыхание сбилось, сердце стучало в ушах, кровь кипела. Я неслась к ней, и во мне не осталось ни страха, ни сомнений. Только ярость.

Она как раз открывала дверцу, собираясь сесть внутрь, когда я влетела в неё. Схватила за волосы, рванула так, что она вскрикнула, и с силой ударила её лицом об стекло.

Глухой звук удара. Треск. Кира завизжала, кровь хлынула из носа и разбитой губы, стекло пошло паутиной трещин.

— Сука! — я заорала ей прямо в ухо, тряся её за волосы, чувствуя, как она дёргается. — Ты, блядь, продавала меня им?! Ты, тварь, сдавала им всё?!

Она забилась под моей рукой, захлёбываясь визгом:

— Ай! Больно! Блядь, отпусти! — Кира орала так, что прохожие начали оборачиваться, но ей было плевать. Она не поняла даже, кто держал её. Для неё я была просто безликой яростью.

— Кто ты, сука?! — завизжала она, дёргаясь в разные стороны, пока я сжимала её волосы так, что клочья уже оставались у меня в ладони. — Отпусти, больно, блядь, очень!

Её голос был пронзительным, истеричным, совершенно не похожим на ту самоуверенную, ухмыляющуюся "подругу", что только что лебезила перед Савелием. Сейчас она была обычной жалкой крысой, пойманной в капкан.

Я рванула её сильнее, ударила лицом о стекло ещё раз. Кровь брызнула, Кира завизжала громче, почти захлёбываясь воплями:

— А-а-а! Помогите! Кто-нибудь! Она меня убивает!

Я впилась ей прямо в ухо, зашипела так, что сама себя не узнала:

— Это я, Ева, тварь. Твоя лучшая подруга. Узнала теперь?

Её тело дёрнулось так, будто её пронзил ток. И я впервые увидела в её глазах — не наглость, не насмешку. Настоящий ужас.

Вдруг чьи-то руки резко вцепились в меня сзади, с силой оторвали от Киры. Я взвыла, брыкаясь, когтями цепляясь за воздух, но хватка была железной.

— Ева! — рявкнул Вадим прямо в ухо, и его голос пробился сквозь мой визг. — Если ты сейчас не перестанешь — охранники выйдут. И тогда нас рассекретят к хуям!

Я замерла. Дыхание рваное, грудь ходит ходуном. Кровь стучала в висках, ладони липкие от чужой крови. Но слова дошли. Я застыла, позволив ему удерживать меня, и только рыдания рвались наружу.

Илья оказался рядом в тот же миг. Хмыкнул, наклонился к Кире, которая уже сползла по двери вниз. Лицо всё в крови, губы разодраны, глаза закатились.

— Ну и нахуй она так быстро сдулась? — усмехнулся он, оглядывая её. — Ладно, вопрос другой. А эту куда?

Я дрожала, стиснув зубы. Хотела снова кинуться на неё, но Вадим держал меня крепко, не отпуская ни на сантиметр.

Он посмотрел на Илью, коротко и холодно:

— С собой.

— С собой? — брови Ильи чуть поползли вверх.

— У меня есть план. — Вадим рывком поднял Киру за плечи, как мешок, и втолкнул в машину. — Она расскажет нам всё. И Еве. И её отцу. А потом… — его голос стал ещё ниже, и даже у меня по коже пошли мурашки, — потом будем действовать.

Я вцепилась в спинку сиденья, слёзы текли, не останавливаясь.

— Я её убью, Вадим. Своими руками.

Он обернулся, впился в мой взгляд стальным, яростным взглядом:

— Не сейчас, малышка. Сначала пусть эта тварь откроет рот.

Он захлопнул дверцу, и мы рванули прочь от клуба.

Машина летела по ночным улицам, а внутри царила гробовая тишина. Только хрип и редкие стоны Киры, которая валялась на заднем сиденье, обмякшая, как тряпка. Я смотрела вперёд, сжав зубы так, что челюсть сводило. Пусть хрипит. Пусть стонет. Пусть умирает. Мне плевать.