Книга Танец против цепей, страница 153 – Алиша Михайлова, Алёна Орион

— Это прекрасно, — тихо, но твёрдо ответила Ольга, и в её голосе не было ни капли притворства. Её взгляд скользнул по фотографиям, по книгам, по аккуратным стопкам на столе. Это был он. Настоящий. Не тот, за кого его пытался выдать Михаил.

Андрей подошёл к окну, упёрся ладонями в холодное стекло и смотрел на падающий снег. Его плечи под тонкой футболкой были напряжены. Несколько секунд он просто молчал, и в этой тишине был слышен тихий свист ветра за окном.

— Я не был уверен, что выйду, — наконец произнёс он хрипло, с надрывом, который долго сдерживал. — Когда адвокат в камере говорил, что есть шансы, что видео всё меняет, я кивал. Делал вид, что верю. Но внутри… внутри была пустота. Я думал, они всё равно найдут какую‑то статью, какую‑то формальность, чтобы продлить срок. Что Михаил найдёт способ… надавить, подкупить,что угодно.

— Но не нашёл, — Ольга мягко подошла к нему сзади, обняла за талию, прижалась щекой к его лопатке, чувствуя под тонкой тканью биение его сердца. — Ты свободен, Андрей. Он проиграл этот раунд.

Он накрыл её руки своими, его пальцы, сильные, с порезами, сомкнулись поверх её пальцев.

— Благодаря тебе, — прошептал он. — Антон вкратце рассказал. Что ты рыскала по документам, что нашла на него этот… компромат. Что поставила его перед выбором. Я даже представить не могу, через что тебе пришлось пройти.

— Я сделала то, что должна была сделать, — она крепче прижалась к нему, закрыв глаза. — Ты защищал меня тогда, в переулке. Теперь была моя очередь защитить тебя.

Он медленно, будто преодолевая невидимое сопротивление, развернулся в её объятиях. Его руки скользнули на её плечи, а затем он взял её лицо в свои ладони, заставив её посмотреть ему в глаза. В его тёмных, усталых глазах плавала целая буря чувств: глубокая, неизгладимая боль, бездна нежности, щемящая благодарность и что-то похожее на стыд.

— Оль… — его голос сорвался. — Мне так жаль. Бесконечно жаль, что ты прошла через всё это. Что из-за меня тебе пришлось…

— Не из-за тебя, — перебила она твёрдо, положив свои ладони поверх его рук. — Из-за него. Это Михаил сделал всё это. Не ты. Пожалуйста, не вини себя. Ни на секунду.

Он прикрыл глаза, тяжёлые веки сомкнулись, и он притянул её ближе, прижавшись лбом к её лбу. Дыхание было неровным, прерывистым.

— Я думал о тебе. Каждую секунду. В той душной камере, ночью, когда не мог уснуть от храпа и вони… Я боялся. Не за себя. Боялся, что ты… что ты решишь, что я не стою этого кошмара. Что проще будет отпустить меня и просто жить дальше. Спокойно.

— Никогда, — выдохнула она, и её шепот обжег их лицами. — Слышишь? Никогда. Ты — моё будущее, Андрей. Наше будущее.

Он открыл глаза, отстранился всего на сантиметр, чтобы лучше видеть её лицо.

— Наше? — переспросил он тихо, будто боясь спугнуть это слово.

Сердце Ольги колотилось так бешено, что в ушах зазвенело. Она медленно отстранилась, руки дрожали, когда она достала из сумки маленький, сложенный вчетверо чёрно-белый снимок. Развернула его. Бумага была тонкой, почти прозрачной.

Протянула ему.

Андрей взял снимок, нахмурился, всматриваясь в размытые серые пятна, контуры, непонятные тени.

— Что это? — спросил он, и в его голосе прозвучала лёгкая растерянность.

Ольга глубоко вдохнула, наполняя лёгкие воздухом, которого вдруг стало так мало.