Онлайн книга «Танец против цепей»
|
— Я…, мы с Лизой вчера немного погуляли…, потом я устала…, рано уснула. — С Лизой.., — он отложил газету и сдвинул брови, в глазах мелькнуло что — то хищное, — Кажется, я просил тебя дистанцироваться от этой особы. Ольга невольно сделала шаг вперед, давно забытое чувство собственного достоинства шевельнулось где-то глубоко. — Миша…, так нельзя.., она моя подруга. Мы просто поболтали, она хотела, чтобы я развеялась. — «Развеялась»? — он мягко усмехнулся, но в глазах не было ни капли веселья, — Милая, с такими, как Лиза, не «развеиваются». С ними гуляют по сомнительным местам, напиваются до потери пульса и спят с первым встречным, рискуя где-нибудь «залететь». Он выдержал паузу, позволяя словам медленно, словно яд, проникнуть в сознание. Его голос опустился до угрожающего шепота, став тиши, ядовитее: — Хотя тебе, конечно, это не грозит. Ты же у нас бракованная. Слова ударили точно в незаживающую рану, которую он годами методично бередил. Ольга ощутила, как жаркая волна стыда и бессилия заливают щеки, а боль, словно кислота, разъедает ее душу. Она застыла, как статуя, не в силах пошевелиться, судорожно вцепившись в деревянную поверхность стола. Пальцы побелели от нечеловеческого напряжения. Внутри все кричала от отчаяния, а сознание затуманилось от невыносимых мучений, которые причиняли эти слова. — Не говори так, я не виновата… — Замолчи! — бросил он тихо, но в этом звуке было больше угрозы, чем в крике. Она не послушалась, больше не смогла. — Нет, я не замолчу! — вырвалось у нее хриплым, надрывным криком, — Хватит! Ты не имеешь права так говорить о Лизе и обо мне! Это были первые слова протеста, вырвавшиеся из глубины ее души, где годами копилась лишь боль и безнадежность. Сейчас они прорвались наружу, как лава из проснувшегося вулкана, сметая хрупкую маску покорности, которую она носила. Наступила секунда оглушительной, звенящий тишины. Михаил медленно, словно хищник перед прыжком, поднялся из — за стола. Его лицо исказилось в непередаваемым выражение, с начала в нем промелькнуло неподдельное изумление, которое тут же сменился слепой яростью. — Что?! — рявкнул он, — Ты ещё и рот мне смеешь затыкать?! Одним разъяренным движением он ударил кулаком по столу. Тарелка с еще горячим омлетом, чашка с дымящимся кофе и бокал сока взлетели в воздух, будто подхваченные невидимым вихрем. В ту же секунду кухню наполнил оглушительный звон бьющегося фарфора, осколки разлетелись во все стороны. Темные капли кофе брызнули на белоснежный шкаф, оставляя на поверхности уродливые пятна. Он сделал молниеносный шаг в ее сторону, настолько быстрый, что Ольга даже не успела отреагировать, и прежде чем она успела отпрянуть, его ладонь с силой опустилась на её щеку. Короткий, звонкий удар эхом разнесся по кухне. В ушах зазвенело, а перед глазами поплыли темные пятна. Мир на мгновение потерял свои границы, превратившись в размытое пятно, где единственным реальным ощущением была жгучая боль на щеке. — Запомни раз и навсегда, твое место здесь, рядом со мной, а не в компаниях, где тебя научат только дурному, — произнес он почти спокойно, — И если ты не можешь вести себя как положено, я сам тебя научу. Не дожидаясь ее ответа, он резко развернулся и вышел из кухни, оставив ее одну |