Книга (не) прощу тебя, предатель, страница 122 – Ари Дале

— Какого хрена ты прыгнула в воду?!

Я, не ожидавшая такого напора, на мгновение теряюсь, после чего насупливаюсь, приподнимаюсь на кровати, приподнимаю подушки чуть выше и сажусь, опираясь на них.

— А что я должна была делать, когда увидела, что твоя мамаша наставила на тебя пистолет? — возмущение смешивается с обидой и разливается по венам. Складываю руки на груди, поджимаю губы. Мог хотя бы спасибо сказать!

— Ничего! — цедит Саша сквозь стиснутые зубы, глядя на меня сверху вниз. — Ничего ты не должна была делать! Ты хоть представляешь, что я почувствовал, когда увидел, что ты летишь в воду? Со связанными руками! Со связанными руками, черт побери! — отталкивается от пола, начинает расхаживать по палате туда-сюда. — У меня, блядь, чуть сердце не остановилось!

— А ты представляешь, что я почувствовала, когда поняла, что тебя могут вот-вот убить? А что я почувствовала, когда ты прыгнул за мной в воду и не всплыл? — хочу кричать, но удается только хрипеть. Горло сдавливает, слезы подкатывают к глазам. — Саша, ты чуть не погиб, спасая меня, — всхлипываю.

Муж резко останавливается, заглядывает мне в глаза.

— Да я жизнь отдам за тебя, если будет нужно! — выпаливает.

— А я, значит, так поступать не должна? — парирую.

Саша открывает рот, что-то хочет сказать, но захлопывает его. В глазах мужа отражается вселенская печаль и боль.

— Не должна, — прикрывает веки. — Я этого не заслуживаю, — стискивает кулаки. — Я причинил тебе столько боли. Заставил пройти через столько страданий. Из-за меня и моей матери, ты чуть не умерла.

Сердце болезненно сжимается, когда я понимаю, насколько тяжелый груз вины лежит на плечах моего мужа. Саша взвалил на себя ответственность за все, что со мной произошло. Да, муж причинил мне немало страданий, но это не означает, что он должен винить себя во всем. Тем более, в грехах своей матери. А что касается его собственных… Саша их давно уже искупил. Он искупал их раз за разом…

…когда сбрил свои волосы, чтобы помочь мне справиться с потерей.

…когда не оставил меня в самый трудный период моей жизни.

…когда успокаивал мои страхи перед операцией.

…когда ухаживал за мной после нее.

…когда прыгнул за мной в воду, хотя сам не умеет плавать.

Муж сделал столько всего, чтобы искупить свою вину передо мной, а сам этого не понимает.

— Ты не слышал, что я сказала на пирсе? — горло пересохло, поэтому приходится сглотнуть, чтобы произнести следующие слова четко и громко. — Я тебя прощаю!

Саша вздрагивает, услышав их.

— Ты не должна, — его плечи опускаются, не выдержав ношу.

Нет. Так не пойдет.

Откидываю одеяло в сторону, сползаю босыми ногами на холодный пол, останавливаюсь перед Сашей в такой же больничной рубашке, как надета на нем.

— Посмотри на меня, — прошу, дотрагиваясь до руки Саши.

Муж тут же распахивает веки, его глаза сначала округляются, а потом сужаются.

— Ты чего встала?! — он хватает меня за запястье, явно, собирается вернуть обратно в постель.

Но мне нужно, чтобы муж услышал меня, поэтому я перехватываю его за запястье другой руки, останавливая.

Саша опускает голову, хмурится, а я решаю воспользоваться моментом.

— Ты больше не любишь меня? — спрашиваю, а у самой желудок сводит от страха, хотя я и так знаю ответ на свой вопрос. За человеком, которого не любят, не бросаются в воду, не умея плавать.