Книга Ты под запретом, страница 88 – Ари Волконская

— А теперь я хочу позавтракать тобой. — Он подходит очень близко и, схватив меня сзади за талию, прижимает к себе.

Ощущаю его дыхание возле уха, крупные мужские руки задирают футболку, и резкий треск разорвавшейся ткани трусиков. Я вскрикиваю, но в этот момент он уже вводит в меня палец и хрипло шепчет мне в шею:

— Бля-я-я, ты там такая мокрая, малышка…

Стоя на носочках, чувствую, как слабеют колени, и я опять в его власти. Полностью, без остатка, задыхаясь от переполняющих меня чувств. Он сейчас для меня все. Жизнь без него не имела и не будет иметь никакого смысла. Потому что он и есть моя жизнь.

Мы стонем и кричим, предаваясь сладостному желанию обладать друг другом. И только когда его семя мощным, пульсирующим потоком заполняет меня внутри, оседаем на кухонный диван и восстанавливаем дыхание, нежно целуемся и шепчем самое сокровенное.

— Любимая, я так скучал по тебе. Моя маленькая девочка, моя Алиса. — Проводя рукой по моим волосам, он убирает растрепанные пряди с лица. — Какая же ты у меня красивая. Моя идеальная. Ты не представляешь, как я люблю тебя, мое счастье. Не знаю, как я прожил без тебя этот ебаный год. Малышка, я так переживал за тебя.

— Как ты узнал, где я? — шепчу ему в шею, прижимая любимое тело к себе.

— Это было сложно. Сначала Тея написала, что тебя больше нет. И клянусь тебе, я тоже жить не хотел. Кидался под огонь как безумный. Лишь бы быть с тобой, Алиса, не важно где. — Слушаю его и чувствую как, из глаз льются слезы, которые уже невозможно сдержать. В тоне его голоса, в этой эмоциональной усталости я понимаю, через что ему пришлось пройти. — А потом я понял, что не смогу обрести покой, пока не узнаю, что с тобой случилось.

— Любимый, я так боялась за тебя. Боялась, что Эльдар навредит тебе, они ведь давно все знали о нас. Они читали нашу переписку.

— Я понял это потом, когда встретился с ним в его офисе. Он психически больной ублюдок. Я не мог спать, с тех пор как увидел тебя там, в его лапах. Алиса, малышка моя, я не должен был опять оставлять тебя. Этого всего бы не случилось, если бы я был рядом. — с болью в голосе шепчет любимый и прижимает мою голову к своей груди. Я в объятиях любимого мужчины, и мне очень спокойно с ним.

— Гео, мой сын… Я волнуюсь, он сейчас у моих родителей, но Гасановы могут в любой момент его забрать, и тогда я его уже не увижу. Я боюсь за него.

— Алиса, ты должна кое-что знать. — Сердце замирает в ожидании чего-то важного, чего-то необратимого, я это чувствую. — Я видел Тею в больнице. Твой папа умер, держись, моя малышка. — Он обнимает меня крепче- Давид сейчас с твоей мамой и Теоной. С ним все хорошо. Мои друзья следят за ними день и ночь. Все в порядке, они в безопасности.

Я молчу, потому что не могу издать ни звука от подступившего к горлу горящего кома. Перед глазами, как будто наяву, проносятся воспоминания о папе. Через секунду я уже совсем ничего не вижу, в глазах пелена от скопившихся слез. Моргаю, и они струйками стекают по щекам. Из горла вырывается какой-то гаркающий звук, и все тело начинает содрогаться от рыданий.

— Это я виновата! Представляю, как он переживал за меня!

— Тихо, малышка, ш-ш-ш. Я с тобой. Больше ни на минуту тебя не оставлю. Заберем Давида, и, если хочешь, твою маму и Тею тоже заберем и уедем отсюда. Я уже присмотрел местечко, там нас никто не найдет.