Книга Навсегда моя, страница 39 – Инна Инфинити

— Нормально. Он тоже публичный человек, чиновник. Мы уважаем друг друга.

— Да? - изумляется Игорь Петрович. - И кто твой бывший муж? Я его знаю?

— Севастьян Терлецкий, новый министр транспорта.

— Ой, я слышал о нем! Видел, в новостях показывали, что назначили нового министра.

— Это мой бывший муж, - скромно приподнимаю уголки губ.

— А кем он был до того, как стать министром?

— Губернатором. А до этого занимался бизнесом.

— Каким бизнесом?

— Ликеро-водочным. К слову, его завод продолжает успешно работать.

Я вижу в глазах продюсера одобрение. Господи, никогда бы не подумала, что буду хвалиться браком с Севастьяном! И что Севастьян вообще хоть где-то может мне пригодиться!

— Ликеро-водочный бизнес - это хорошо, - мечтательно произносит Игорь Петрович. - Помню, в былые времена водочники хорошо помогали нам с финансированием. Они нам деньги на фильм, а мы им в этом фильме рекламу их водки. Отличный был бартер! Но это давно было, еще когда власти не зажали со всех сторон рекламу алкоголя.

— А, по-моему, ликеро-водочный бизнес - это очень скользко. И скандально. Вечно этой водкой кто-то травится, - Лена кривит нос. - И вообще, кто-то еще пьет водку?

— Я пью! - с гордостью произносит Игорь Петрович. - Лучше нашей беленькой ничего нет. Но Ира ее не наливает, - укоризненно глядит в сторону мамы Ильи. - Приходится давиться этим заморским пойлом, - глядит на виски в своем стакане.

— Прошу всех к столу! - громко объявляет Ирина Александровна.

Я спешу к Илье, который уже уселся на приставной стул в самом краю стола. Сажусь рядом с ним на стул девятнадцатого века. Илья предпринимает попытки заговорить со мной, я его игнорирую. Мне снова срочно требуется отвлечься от унижения, и я начинаю непринужденный разговор со своим соседом по левую руку - режиссером Зайцевым.

— А я до сих пор помню вашу лекцию у нас в театральном три года назад, - говорю ему. - Вы так интересно рассказывали!

Его лицо становится радостным, как у ребёнка.

— Вы Элла Меркулова, да? Я слышал про вас.

— Надеюсь, хорошее?

— Да, мне говорили, что с вами комфортно работать. Вы не опаздываете на съемочную площадку, не забываете текст и не спорите с режиссером.

Приятно, когда о тебе ходят хорошие отзывы. Мое настроение чуточку улучшается.

— Илья, а чего это ты выбиваешься из коллектива? - громко спрашивает через весь стол Лена Гусева. Она имеет в виду приставной стул.

— Я в своем следующем фильме буду играть бедного родственника. Вживаюсь в роль.

По залу прокатывается громкая волна смеха. На самом деле Илья будет играть не бедного родственника, а шпиона, который для слежки вынужден внедриться в семью своего троюродного дяди.

Вот у кого нет проблем с хорошими ролями, так это у Ильи. Он, безусловно, талантлив. Нет, правда, Илья очень талантлив. Я была поражена, когда снималась вместе с ним. Но его известная фамилия тоже ему помогает. В нашем поприще на одном таланте далеко не уедешь. Надо еще связи иметь.

Илья пытается взять под столом мою руку, но я её выдергиваю. Сейчас, как ни странно, мои мысли заняты Севастьяном.

В двенадцать ночи я отдаю официанту пустой стакан из-под сока и собираюсь уезжать домой. Гости давно оторвали задницы от стульев девятнадцатого века и рассредоточились по залу. Я пообщалась со всеми, с кем хотела. Только гадюка Лена Гусева постоянно вклинивалась в мои диалоги. Сначала меня это бесило, а потом я подумала: раз Лена так делает, значит, боится меня. И в этот момент у меня немножко поднялась самооценка.