Книга Нам нельзя, страница 15 – Инна Инфинити

— Внутри тебя охуенно узко, мокро и горячо. У меня член сейчас взорвется.

От услышанного голова кругом идет. Скажи мне такие слова кто-нибудь другой, я бы провалилась сквозь землю. Но от Германа подобное воспринимается, как настоящий комплимент. Он видит во мне красивую девушку. Он желает меня как девушку.

Герман стонет, я тоже. По телу расходятся приятные вибрации. Боль не отступила, но новые ощущения затмили ее. Низ живота пронизывает сладкими стрелами. Мне хочется больше таких ощущений. Хочется, чтобы они не кончались. Я знаю: они неминуемо приведут меня к высшей точке наслаждения. Но не сегодня, а в другой день, когда мне не будет мешать боль.

С громким стоном Герман вытаскивает член и кончает мне на ягодицы. Теплая жидкость ручейками стекает вниз по коже и быстро застывает. Воздух снова наполнился кисло-пряным ароматом мужского семени.

— Это был просто отвал башки, — падает рядом руками на стол.

Я тоже крепко держусь за остров, потому что ноги подкашиваются.

— У меня были приятные ощущения, но я не кончила, — шумно дышу. — Мешала боль.

— Сочувствую.

Ложь. Он не сочувствует. Ему плевать на мои чувства и ощущения. В сексе с содержанкой Герман думает только о себе.

— Сходи в душ и приходи в мою комнату, — командует. — Жду тебя.

Глава 10. Талант

Под струями душа я стою очень долго. К Герману не тороплюсь. Сейчас все приятные ощущения испарились, между ног осталась только боль. Герман, очевидно, собирается продолжать дальше, но я точно не смогу. Поэтому мне нужно быть хитрее. Доставить ему удовольствие без проникновения в меня. Когда тянуть время дольше становится невозможным, выхожу из душевой кабины, тщательно вытираюсь, затем беру маленькое полотенце у раковины и протираю им запотевшее зеркало. Смотрю на себя. Пытаюсь отыскать изменения. Внешне я не изменилась. У меня те же голубые глаза и светлые волосы, что до встречи с Германом. Такое же лицо и такое же тело. Но внутренне я себя ощущаю совершенно иначе. Словно одна эта ночь разделили мою жизнь на ДО и ПОСЛЕ. Больше ничего не будет как прежде. Я больше не буду как прежде. Пожалуй, только одно останется неизменным: моя любовь к Герману. За сегодняшнюю ночь она не только не угасла, а наоборот стала в разы больше. Дорвавшись до своей мечты, я, словно ребенок, который получил желаемую конфету, хочу еще и еще. И то, что конфета оказалась не такой сладкой, как я представляла, не умаляет моего желания съесть ее еще.

Я открываю подряд все ящики гостевой ванной, пока не нахожу то, что ищу, — лосьон для тела. Какое счастье, что он здесь есть. Футболка Германа испачкана его спермой, поэтому я не надеваю ее. Оставляю валяться на керамогранитном полу. Беру с полки чистое полотенце и заворачиваюсь в него. Когда вхожу в спальню Германа, он лежит на кровати в одних боксерах. Он смотрит на меня из-под полуопущенных век. Выглядит уставшим и сонным. Так-то за окном глубокая ночь. Это я на адреналине, потому и сна ни в одном глазу. А у Германа еще рабочий день был. Совещания, встречи... Компания моего папы занимается производством металлопродукции, и Герман курирует в ней вопросы внешней торговли. А именно экспорт нашей продукции за рубеж. Хотя, наверное, не совсем правильно говорить, что это компания моего папы. У Германа двадцать пять процентов акций, а это блокирующий пакет. Контрольный пакет акций, — пятьдесят процентов — конечно, у отца. Но Герман, владея блокирующим пакетом, на собрании акционеров может не пропустить любое решение, которое ему не понравится. Остальные двадцать пять процентов акций поделены между другими мелкими инвесторами.