Книга Подонок. Его наказание, страница 87 – Инна Матвеева

— Не обнимать, а держаться за, — тогда как можно более небрежно поправляю.

Дан посмеивается этим словам, но я почему-то совсем не злюсь такой его реакции. Наоборот, жар по телу сильнее разливается, отзываясь приятным томлением. Необычным, непривычным, может даже неуместным, но… Обволакивающим настолько настойчиво, что сопротивляться почему-то и не хочется.

— Это мы уж по ходу разберёмся, — хмыкнув, многозначительно кивает Дан. — Шлем тебе. Ехать обещаю медленно. И никаких трюков.

— Да уж, пожалуйста, — стараюсь как можно непринуждённее ответить насчёт трюков, тоже издав смешок.

Про «по ходу разберёмся» ничего не говорю, но всё равно такое ощущение, что да. Что молчание в моём случае — знак согласия, а не игнора его откровенного флирта.

Хорошо хоть, что я умею застёгивать шлем. А то мне хватает и обжигающего соприкосновения наших пальцев, когда Дан мне его протягивает. И от этого ощутимо ведёт, что аж руки чуть дрожат. А что было бы, если бы сам на меня надевал шлем?

Так, всё, пора собраться. Я ведь скоро неизбежно буду соприкасаться с Даном. Обнимать его… Точнее, держаться за него.

И стоит делать это максимально невозмутимо, если я не хочу, чтобы надумал себе лишнего. И без того самоуверен…

Сразу иду к мотоциклу, чтобы сесть. Но Дан меня опережает:

— Безопаснее, если пассажир садится вторым.

Да уж… И вправду это так. Только сейчас осознаю. И не только с точки зрения удобства или страховки на случай чего, опоры — но и потому, что когда Дан ко мне спиной будет, мне настроиться должно быть легче…

Пожимаю плечами, на что он тут же действует. И вот уже сидит на мотоцикле, причём сразу протягивая мне руку в качестве опоры.

Игнорирую. Сажусь сама. Снова смешок…

— Обнять меня всё равно придётся, — с нескрываемым удовольствием в голосе напоминает Дан.

Хорошо хоть при этом смотрит вперёд, а не на меня оборачивается. Так мне проще и ответить:

— Держаться за, — и тут же сделать: обвиваю его руками.

И хоть действовала я сразу, буквально на одном дыхании, оно напрочь сбивается, когда я уже взаимодействую с Даном настолько тесно. Это словно врасплох застаёт. Не только эти… объятия. Я ещё и бёдрами к нему жмусь, мои ноги соприкасаются с его, и это всё слииишком интимно… Лицо в шлеме тоже некуда деть. Удобнее было бы и корпусом к Дану прижаться, но на это я уж точно не решусь!

Хотя, казалось бы — острее и без того некуда. Вряд ли я окончательно сгорю, если соприкоснусь с ним хоть на миллиметр сильнее.

Сердце гулко стучит чуть ли не в спину Дану, когда он неожиданно чуть тянет мне руки так, чтобы я всё-таки полностью соприкоснулась с ним. Даже шлемом на какие-то секунды утыкаюсь куда-то в его шею, улавливая запах кожаной куртки и чего-то приятного, особенного, ему принадлежащего, от чего голова кружится. Поворачиваю её вбок.

А Дан почему-то не спешит ездить и даже после того, как удобнее меня расположил. Руки оставляет на моих. Чуть поглаживает…

— Я рада, что ты вчера не замёрз и не заболел, — нет, ну я, конечно, собиралась заговорить, чтобы перебить волнение… Но почему именно это выпаливаю! Хватит уже выдавать за него беспокойство. Достаточно было извинений.

Это же Филатов… А не какой-то другой милый добрый безобидный парень.

— Вообще-то замёрз, — в голосе Дана усмешка. — Теперь вот отогреваюсь… — ниже добавляет, сильнее сжав мне руки своими.