Книга Подонок. Его наказание, страница 86 – Инна Матвеева

Дан неожиданно смотрит прямо на меня, и моё сердце тут же частит в ударах. Клянусь, в какой-то момент я чуть не поддаюсь порыву развернуться и вернуться домой. Мне даже почти наплевать, как это будет выглядеть.

Просто в его взгляде столько всего, что я теряюсь совершенно. Мне не по себе. Я поверить не могу, что это Даниил Филатов так на меня смотрит. Мне, блин, даже страшно почему-то.

Но всё-таки заставляю себя спуститься по лестнице. И вот мы уже ближе, потому что Дан тоже шагает мне навстречу. Останавливаемся друг напротив друга совсем недалеко от моего подъезда.

— Привет, — на удивление мягко здоровается Дан.

А я сглатываю, заметив на его лице новые раны. Федя всё-таки сопротивлялся?

— Привет, — как-то твёрдо говорю, вспомнив про этого отвратного типа. И про то, как Дан с ним управился.

— Какие цветы ты любишь? — неожиданно спрашивает он, усмехаясь.

Кажется, я безнадёжна, потому что смущаюсь от простого вроде бы вопроса. Чтобы Даниил Филатов дарил кому-то цветы… Наверняка это редкость.

А уж если думать не про «кому-то», а принять тот факт, что именно мне…

С трудом беру себя в руки, чтобы тихо уронить:

— Да любые. Но больше те, которые вкусно пахнут. Пионы, например.

— Воу, так я угадал, — непривычно довольно сообщает Дан. — Вчера их притащил. Правда, они теперь в реке.

Отвожу взгляд, не зная, как и реагировать на эти небрежно брошенные, но офигеть какие выворачивающие слова.

Он ждал меня с цветами… А поняв, что я не приду, выплеснул недовольство, выбросив их в воду? Видимо, всё-таки злился. Как тогда, с порванными и выброшенными с крыши стихами?..

Даже странно, что сейчас он так спокоен по поводу вчерашнего. Словно ничего такого и не произошло.

Не решаюсь спросить, сколько же ждал меня в итоге…

— Прости, — только и говорю зачем-то, хотя уже писала это недавно.

И даже написав, чуть не сгорела от смущения. А уж говорить это ему лицом к лицу…

Боже, с каких это пор между нами всё так? Я ведь прямо-таки уверена, что щёки у меня опять красные.

А Дан смотрит слишком уж внимательно. Пытливым взглядом мне по лицу скользит.

— Я рад тебя видеть, — в его голосе какие-то особенные нотки.

Низкие, вкрадчивые, волнующие. Чувственные даже. Ещё не слышала, чтобы так говорили.

И не видела, чтобы смотрели… Хотя и нравилась парням до Дана. В том числе по-серьёзному.

— Сядешь ко мне на байк? — снова нарушает паузу Дан, спрашивая уже куда более обыденно, с привычной усмешкой.

Кивает на мотоцикл… Значит, хочет меня всё-таки куда-то отвезти, а не просто здесь постоять?

— Я уже ездила на мотоцикле как пассажир, — зачем-то пожимаю плечами, желая показать, что ничего такого в его предложении нет. А то смотрит так, как будто бы да. — На мотоцикле брата.

Дан ухмыляется моему утверждению, словно я сказала что-то забавное. И… Приближается на шаг. Почему-то настолько уловимый, что предательское подсознание разом напоминает жадные поцелуи Филатова, которые мне уже довелось испытать.

И выбросить их из головы не так уж просто, потому что Дан нахально заявляет:

— Обнимать брата и обнимать меня — не одно и то же.

Не успеваю отвести взгляд на этот раз. А его как примагничивается ко мне. И уж не знаю, что Дан сейчас видит у меня в глазах, но ему это определённо нравится. Вижу же.