Книга Подонок. Его наказание, страница 76 – Инна Матвеева

Брат потом, правда, всё равно ненавязчиво дал понять, что Дан хотел меня навестить. Но без моего позволения не стал — слишком боялся за моё состояние. А я, конечно, не разрешила.

Ещё от него были всякие приятности: полезные вкусняшки, фрукты, цветы. Макс всё это передавал и я с радостью принимала, думая, что от него. Потом только, когда я уже воспользовалась почти всем принесённым, признался, что не сам всё это покупал.

Видимо, Дан упорно не собирался сдаваться. И, похоже, действовал через Макса, непонятно как умудрившись войти тому в доверие. Я не заводила эту тему.

Но она прямо-таки напрашивается сейчас, когда мы с братом пошли отмечать успешную операцию в наш любимый ресторан. За одним из столиков я вижу Дана, смотрящего прямо на меня…

И судя по тому, как заёрзал Макс — это не просто совпадение.

— Я отойду, — твёрдо решаю, не сомневаясь, что Дан пойдёт за мной.

Видимо, я была не слишком убедительна, прощаясь в прошлый раз, — что ж, сейчас мы это исправим.

— Ага, — только и говорит растерянный Макс, явно думавший, что я скорее предпочту уйти отсюда с ним. Мы ведь ещё не сделали заказ.

Направляюсь-то я на пустующую сейчас веранду совершенно резко и без колебаний, но стоит только заметить, что Дан действительно идёт следом…

Волнение захлёстывает внезапно: мощной волной. И объяснить себе толком его ничем не могу. Да, мы с Филатовым давно не виделись, хоть и, так или иначе, давал о себе знать каждый день. Но какая, к чёрту, разница, если я для себя уже всё решила?

Надо просто продержаться максимально твёрдо. Донести своё решение до Дана максимально доходчиво. И тогда всё закончится — пусть я даже и не знаю толком, что именно.

Резко разворачиваюсь — ну всё, мы одни. Веранда отделена от зала панорамными окнами, потому Макс может увидеть меня, а я его. Но услышать — нет. Хотя какая мне разница — как будто сейчас что-то слишком личное для меня я обсуждать собираюсь?

Дан смотрит довольно странно. Непривычно. Совсем не нагло и не порочно, как оглядывал меня обычно — сейчас тоже скользит по мне откровенно жадным взглядом, но в то же время.... Тёплым? Я словно нежность там вижу, и это на какие-то секунды напрочь сбивает с толку.

Не ассоциируется у меня Филатов с этим чувством. Никак не вписывается. Мне даже немного не по себе — причём чуть ли не до страха.

— Зачем ты здесь? — резко и обвинительно выпаливаю.

Любой бы сразу понял, что это не просто вопрос — наезд. Но Дан не теряет уверенности, спокойно и твёрдо отвечая на мой вопрос:

— Тебя хотел увидеть.

Сглотнув, отступаю на шаг. Слышать подобное почти наедине, не в больнице лёжа всё-таки… Опасно? Не знаю, откуда это чувство. Но решимость Дана, которая ясно читается в его глазах, на некоторое время выбивает мою.

Но стоит только ему сделать встречное движение — сократить между нами расстояние ровно на отступленный мной шаг, как я тут же беру себя в руки. Хмурюсь, недовольно спрашивая:

— Увидел — и что?

Он усмехается, скользя взглядом мне по лицу. Задерживается на губах…

Меня прошибает лёгкой дрожью. С трудом не отвожу взгляд — показывать неловкость сейчас кажется непростительной ошибкой. Только твёрдость, враждебность, отчуждение.

— Этого недостаточно, — хриплые нотки в голосе Дана напрочь сбивают мне дыхание.